Уроки истерии

Поляки готовят иски: развернутая в России кампания по борьбе с фальсификацией истории чревата серьезными финансовыми потерями

Когда родственники польских офицеров, расстрелянных в 1940 году, просили их реабилитировать, российский суд отказал на том основании, что не доказано, действительно ли найденные в катынском лесу трупы принадлежат пропавшим полякам. Тогда суду напомнили, что 22 тела были опознаны по именным офицерским жетонам. Но суд опять отказал: мол, нет уверенности, что они были именно расстреляны, а дырка в черепе еще ни о чем не говорит. «Это было бы смешно, если бы не было так страшно, – говорит адвокат родственников погибших Анна Ставицкая. – Катынь всегда используют в политических целях. Особенно когда нужна напряженность в отношениях с Польшей».
Получив отказ в России, поляки обратились в Страсбург. Их дело уже принято к рассмотрению, и, по данным Newsweek, суд решил рассматривать его в приоритетном порядке – из-за преклонного возраста многих истцов. Родственники погибших офицеров пока не требуют от России денег, но суд может назначить им компенсацию по собственной инициативе. По нормам Страсбургского суда, выплата на человека в подобных случаях может составлять около €100 000, говорит Ставицкая. По словам источника в российском МИДе, в Москве всерьез опасаются, что катынское дело может закончиться многомиллионными потерями для бюджета – ведь Россия всегда платит по счетам, которые выставляет ей Европейский суд по правам человека.
Чем шире в России разворачивается кампания по борьбе с фальсификацией истории, тем сильнее обида поляков. По словам Иренеуша Каминского, представителя семей жертв Катыни в Страсбургском суде, первые 12 исков – это только начало. Многие семьи еще не прошли все ступени российского правосудия. «С внешнеполитической точки зрения борьба с фальсификацией истории приносит России одни минусы, – делится с Newsweek высокопоставленный российский дипломат. – Авторитет страны от этого явно не увеличивается. Так что это, очевидно, игра на внутреннюю публику».
В ближайшее время в «катынском деле» начнется новый этап – России дадут 12 недель на внесение юридических возражений. Потом его начнут рассматривать по существу. Как стало известно Newsweek, польское правительство намерено участвовать в процессе в качестве «третьей стороны». Такие случаи в Страсбурге уже были. Россия, например, участвует в качестве «третьего» в нашумевшем процессе Василия Кононова против Латвии.
Подготовка к сражению с Россией в суде велась в Польше как раз в предвкушении визита Владимира Путина. Его ждут в Гданьске 1 сентября – на мероприятии по случаю 70-летия начала Второй мировой войны. Первых лиц российского государства здесь не видели уже семь лет. Поэтому всю минувшую неделю польскую прессу интересовало лишь одно – что скажет Путин?
Обозреватель издания Gazeta Wyborcza Константы Геберт говорит, что мечтает дожить до того дня, когда визиту российского премьера в Польшу газеты посвятят не более двух-трех дежурных строчек, и то на последней полосе. «Это было бы лучшим свидетельством нормализации отношений, – говорит он. – То, что сейчас творится в Польше, ненормально. Ажиотаж, как перед падением метеорита или пришествием мессии».

РАЗВОРОТ ИСТОРИИ

В 1993 году на воинском кладбище в Варшаве Борис Ельцин произнес свое знаменитое «простите нас». Он извинялся за Катынь. В тот раз он даже привез в Польшу копии найденных им документов, лежавших в так называемой «папке номер один» в сейфе Михаила Горбачева. Это были пакт Молотова–Риббентропа – секретный протокол о разделе сфер влияния в Восточной Европе, – и решение Политбюро о расстреле 22 000 интернированных польских офицеров.
В российском МИДе рассказывают: тогда у дипломатов была полная уверенность, что инцидент исчерпан, и никогда больше к катынскому вопросу Москва и Варшава возвращаться не будут. Но теперь поляки опять хотят, чтобы Владимир Путин, по примеру своего предшественника, извинился за Катынь. Только сейчас вероятность такого развития событий равна нулю.
Извинений Ельцина оказалось недостаточно по вине Главной военной прокуратуры России, утверждает источник в МИДе. Свое первое расследование катынского расстрела она завершила в 1994 году. Тогда следователь Анатолий Яблоков закрыл дела в связи со смертью виновных, однако в постановлении перечислил их имена. Виновных было более сотни: это и шесть членов Политбюро (Сталин, Ворошилов, Молотов, Микоян, Калинин, Каганович), подписавших решение о расстреле польских офицеров, и руководство НКВД СССР во главе с Берией, и рядовые сотрудники органов, в том числе расстрельная команда, надзиратели и шоферы. Выяснить их имена было нетрудно – все они после успешного выполнения задания одним приказом получили поощрения. Более того, следователь Яблоков квалифицировал совершенное ими преступление не просто как массовое убийство, но и как геноцид.
В 1994 году признание Сталина виновным в геноциде вряд ли стало бы шокирующим событием, но наверняка спровоцировало бы грандиозный политический скандал, который сыграл бы на руку коммунистам. Через три дня это постановление было отменено Главной военной прокуратурой, а дело передано другому следователю. Во второй раз дело было закрыто в 2004 году, правда, на этот раз и перечень виновных (сильно сокращенный и более не включавший Сталина и других членов Политбюро), и другие документы по делу были засекречены.
На вопрос, почему прокуратура совершила такой разворот, Анатолий Яблоков отвечает коротко: «Кто у власти, такие и решения». В 2004 году КПРФ уже не являлась такой мощной политической силой, чтобы прокуратуре приходилось учитывать ее мнение. Зато власти решили сыграть на поле коммунистов, отобрав у них единственный козырь – образ защитников великого советского наследия.
Первый крупный конфликт с соседней страной на исторической почве у России произошел в 2007 году – тогда это была Эстония и Бронзовый солдат. Развернутая против Эстонии кампания показала, что Великая Отечественная война волнует среднестатистического россиянина сильнее, чем современная политика.

СТРАНА, ОГРАНИЧЕННАЯ В ВОЗМОЖНОСТЯХ

С приближением 65-летия Победы историческую карту стали разыгрывать все чаще. В феврале глава МЧС Сергей Шойгу положил начало кампании по борьбе с фальсификацией истории, предложив ввести уголовную ответственность за отрицание победы СССР в Великой Отечественной войне. Ко Дню Победы «Единая Россия» разработала законопроект, вносящий поправки в Уголовный кодекс. А в июне президент Медведев сформировал комиссию по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России.
В своей статье «Честная история – ключ к формированию доверительных отношений между народами» председатель этой комиссии, глава администрации президента Сергей Нарышкин, перечислил страны, где «фальсификация и политизация истории в ущерб России приобрели статус государственной политики». Это Украина, Грузия, Литва, Латвия, Эстония и Польша. Польшу и Грузию, которая тоже подала в Страсбург иск против России, Нарышкин обвиняет в намерении извлечь из «агрессивного подхода к российской истории большие политические и материальные дивиденды».
Варшаве доставалось больше всех. Сначала журналисты обнаружили на сайте Минобороны статью сотрудника Института военной истории полковника Сергея Ковалева, возлагавшего на Польшу вину за начало Второй мировой войны. Затем в программе «Вести недели» появился сюжет Ильи Канавина «Пакт Молотова–Риббентропа: историческое расследование». В нем утверждалось, что Польша в 1939 году уговаривала Японию напасть на СССР. Польское посольство выразило свой протест, порекомендовав комиссии при президенте проверить «Вести недели» на предмет фальсификации. Российские власти ответили, что не станут нарушать свободу слова и навязывать ВГТРК какую-либо точку зрения. Вскоре на телеканале «Россия» вышел фильм «Тайны секретных протоколов», развивавший версию о существовании антисоветской оси Германия–Япония–Польша.
Приглашение приехать в Польшу на мероприятие 70-летия начала Второй мировой пришло Владимиру Путину как раз в разгар этой кампании. Источники, близкие к Белому дому, говорят, что Путин не очень хотел ехать в Польшу, но в итоге решил, что это будет даже выглядеть эффектно. «Он покажет, что не сгибается под ударом», – так охарактеризовал настроение премьера источник в Белом доме.
Польские СМИ все это время очень внимательно следили за ходом российской кампании. Фильм «Тайны секретных протоколов» прокомментировал даже премьер Дональд Туск: «Факт показа данной передачи говорит о том, насколько трудная перед нами стоит задача – защитить польскую память и в то же время улучшить отношения с Россией. Мы не согласимся повернуться спиной к нашей памяти только ради того, чтобы лучше жить в будущем».
В отличие от братьев Качиньских, Туск имеет репутацию весьма прагматичного и даже пророссийского политика. Именно после того, как он возглавил правительство, Россия отменила эмбарго на ввоз польского мяса. Он вовсе не сторонник жесткой критики в адрес России, но сейчас даже у него нет выбора. «Польша имеет право на свою историческую память, и никто нас этого не лишит, – заявил он в преддверии встречи с Путиным. – Не вызывает сомнения, кто был жертвой, а кто – палачом».
Как уверяет в своей статье Сергей Нарышкин, информационная война против России развязана специально накануне 65-летия Победы «известными мировыми державами, желающими видеть Россию с ограниченной самостоятельностью, неспособной к реализации стратегических национальных проектов». Для того чтобы таким образом подорвать российскую экономику, вряд ли будет достаточно просто удовлетворить все иски родственников катынских жертв. Впрочем, глава администрации президента напоминает, что в странах Балтии существуют комиссии, которые подсчитывают ущерб, причиненный советской оккупацией.
Тем не менее, утверждают в Страсбурге, туда пока не поступало никаких других исков в адрес России, кроме катынских. Но если такие иски поступят, они скорее всего будут иметь неплохую перспективу – особенно если ПАСЕ примет политические резолюции о последствиях пакта Молотова–Риббентропа и о голодоморе на Украине.
Жители стран Балтии еще не обращались в российские суды. Как рассказала Newsweek экс-глава МИДа Эстонии Кристина Оюланд, подобные жалобы в этой республике уже давно собраны Министерством иностранных дел, но не пущены в ход. Четких планов требовать от России денег ни в Польше, ни в Прибалтике пока нет. Однако они вполне могут появиться. Адвокат катынских жертв Иренеуш Каминский отмечает: «Когда российские прокуроры во время слушаний заявили, что убийства польских офицеров были оправданными, так как они были шпионами, саботажниками и террористами, я впервые подумал, что нам все же стоило потребовать выплат».

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: