Веселые картинки

Несколько российских анимационных студий медленно, но верно покоряют международный рынок.

По прокатным сборам студии «Мельница» и Wizart соперничают с раскрученными западными компаниями, работы «Анимаккорд» и Toonbox показывают на детских каналах по всему миру, а короткометражки Студии Ивана Максимова собирают урожай наград на анимационных фестивалях. «Ко» узнал, сколько можно заработать на мультфильмах.

Методом проб

После переезда на Кипр сооснователь анимационной студии Toonbox Павел Мунтян два года не был в Москве. Из светлого офиса с видом на море его сотрудники заключают сделки с партнерами по всему миру. Покупка прав на детский мультсериал «Котики, вперед!» компанией Disney для показов в Новой Зеландии и Австралии, а также федеральным каналом Южной Кореи EBS1 в прошлом году ознаменовали выход компании на международный рынок. Мировая мастер-лицензия на издательскую деятельность, проданная компании Rovio, поможет Toonbox закрепить положение. Но как студия намерена достичь коммерческого успеха в новом статусе?

Интерес к анимации у Павла Мунтяна возник в детстве. Отец, живя в Москве, работал художником-монументалистом, адесять лет назад переехал в Черногорию и занялся иконописью. Мама была редактором в советском издательстве, а позже стала преподавателем русского языка и литературы. В 1985 г. Павел пошел в школу с углубленным изучением английского языка. В 1995‑м, когда пришла пора выбирать профессию, он подал документы в Московский архитектурный институт. Успешно сдав три экзамена, Мунтян умудрился проспать последний. Приехав с двухчасовым опозданием, он не справился в срок с головой Цезаря и завалил экзамен по рисунку.

В качестве подстраховки Павел подал документы на факультет муниципального менеджмента Международного университета в Москве (бывшей Партшколы). О студенчестве у Мунтяна сохранились приятные воспоминания: «Я не пожалел, что пошел учиться туда. Если сейчас университетские кампусы не в новинку, в 1995‑м это был первый кампус в новой России». Сдав экстерном экзамены за последний год обучения, он устроился в комитет общественных и межрегиональных связей Правительства Москвы. За два года бумажная работа Павлу встала поперек горла, он был готов уйти в никуда. «Чтобы достичь каких-то результатов в комитете, иногда требовалось переступать черезсвои моральные принципы, аянеготов пойти на такие шаги», – поясняет он.

Ему хотелось заниматься тем, что нравится – например, веб-дизайном. Старший брат, оценив его идею, проспонсировал открытие студии веб-дизайна LoonArt. Эти $15 000–20 000помогли стартапу продержатьсяпервое время. За полтора года студия сделала более 140интернет-проектов, но все же закрылась– у21‑летнего Павла отсутствовал живой управленческий опыт. «Каки в любом деле, нужно было определить, что является его генерирующим направлением, – поясняет он главную ошибку. – Если ванимации это контент, то в студии веб-дизайна первичен заказчик. Все творческие эксперименты и изыски возможны, когда сформирован большой пул клиентов».

Через полтора года после закрытия LoonArt братья стали поставлять оборудование для игорных заведений. Предприниматели арендовали помещение у Института биофизики и по собственным разработкам начали производить первые в России электронные рулетки. Спустя четыре года, когда игорный бизнес попал под запрет, их компания успела продать и установить более 430 устройств, а также наладить сервис по всей стране – отКалининграда до Южно-Сахалинска. Следующие три года братья балансировали между несколькими проектами– одно время производили медико-спасательные реанимобили для МЧС, потом занялись выпуском мобильных ионизаторов, работающих по принципу люстры Чижевского. При помощи потока ионов устройства позволяли разгонять или, наоборот, собирать облака. Столичной мэрии, по словам Павла, было выгоднее поднимать в небо самолеты и распылять ионизированное серебро, чем использовать более дешевую технологию с земли, «апереходить такие дороги никому не позволяется».

Белка и Стрелка

В 2008 г. Мунтян вышел из семейного бизнеса. «На дворе стоял кризис, есть было нечего, а у меня только родился ребенок, – добавляет он. – Жизнь требовала кардинальных перемен, но мне хотелось заниматься интересным делом». Пришла пора превращать хобби в бизнес– для этого Павел создал все предпосылки. С 2003 г. он в свободное время вел проект концептуальной анимации KOMS.ru, с 2007‑го развивал портал Multikov.net, тогда же был официальным представителем студии Toongu.ru, а помимо, этого продюсировал нескольких отечественных инди-аниматоров.

Поэтому, когда на Павла вышли знакомые сценаристы из Comedy Club с предложением снять анимационный сериал о приключениях Белки и Стрелки, он сразу же почувствовал фантастический потенциал проекта. Финансовая помощь тоже пришла с неожиданной стороны: сериал согласилась проинвестировать знакомая. Уже через несколько дней Мунтян искал режиссера. С Владимиром Пономаревым его познакомил известный комиксист Хихус. Собрав команду из семи человек, партнеры сняли небольшую квартиру напротив Курского вокзала. Раньше там располагалась фотопорностудия, а еще раньше, по слухам, жил певец Шура.

Творческая биография Владимира Пономарева оказалась не менее интересной: это сейчас он известный художник и совладелец студии Toonbox, но до нулевых восемь лет провел в российской армии. Еще будучи курсантом ульяновского военного училища, Владимир подрабатывал иллюстратором в детском журнале комиксов «Арбуз». После армии устроился в ЮКОС, где занимался оформлением бензоколонок. В 2004 г. его пригласили на позицию художника-постановщика в студию «Тема». В2007‑м он руководил уже другой студией – Videosnack – и до сотрудничества с Павлом Мунтяном успел выпустить более 40анимационных фильмов.

В 2009 г., когда экономический кризис достиг своего апогея, сериал «Настоящие приключения Белки и Стрелки» повис в воздухе – обанкротился инвестор. Осенью Toonbox пришлось переехать в мастерскую одного из друзей Мунтяна. Она запомнилась надолго – на цокольном этаже, расположенном ниже уровня земли, с окнами, в которых были видны только ноги прохожих; в студии постоянно прорывало канализацию, а вскоре появился трупный запах – оказалось, что под полом сдохла крыса. Чтобы выжить, студия бралась за любые коммерческие заказы. Павел задействовал все свои связи – система «Главбух», компания «Деловая Русь», «Лаборатория Касперского»…

Вскоре он уговорил в прошлом главу Adobe Russia и топ-менеджера Microsoft Russia, а сейчас известного бизнес-ангела Павла Черкашина вложить в развитие Toonbox $100 000. Благодаря этим инвестициям компания переехала на Art Play, расширив не только площади, но и штат – за три года он вырос до 72 человек. Отодвинув рекламу на второй план, Мунтян и Пономарев занялись производством собственных анимационных продуктов. В2010 г. при финансовой поддержке правительства Москвы команда сняла пилотную серию детского сериала «Куми-Куми», еще восемь серий было создано на субсидии от Фонда кино и частные инвестиции в размере $400 000. Однако спустя три года эффективной работы студия Toonbox снова вошла в затяжное пике, из которого пытается выйти до сих пор. Чтобы сгладить углы сложной финансовой ситуации, владельцы решили перевезти компанию на Кипр. Перед отъездом из 72 сотрудников они оставили 24.

За первый год жизни на новом месте Toonbox удалось сократить ежегодные операционные расходы на $370 000за счет низкой аренды, экономии на электричестве, Интернете и льготных налоговых ставок (студия работает с нематериальными активами, поэтому платит 2,4% от прибыли). В 2015 г. ей удалось довести среднегодовой оборот до $1,1 млн. Нынешний кризис едва не подкосил компанию. Поэтому единственным эффективным выходом совладелец Toonbox называет перезапуск производства и продажу уже известных российской аудитории продуктов студии на международном рынке.

Всем нужны «Котики»

У Toonbox три основных проекта: авторский и некоммерческий сериал Mr. Freeman и два детских мультсериала – начатый еще в Москве «Куми-Куми» и выходящий с 2014 г. сериал для малышей «Котики, вперед!». Сейчас готово 14серий «Куми» и 32 серии «Котиков». На российских ТВ‑каналах эти проекты почти не зарабатывают: в детских передачах, по закону, запрещено ставить рекламу, поэтому телеканалы не могут достойно платить за анимацию. «Зарубежные каналы платят хорошо, но шестизначных чисел вы там тоже не найдете», – поясняет Павел Мунтян. «Котиков» в Toonbox раскручивали по стандартной схеме: свежие серии выходили на всех детских телеканалах страны, параллельно были задействованы Ivi.ru, YouTube, Megogo, не считая несколько десятков международных платформ.

Сегодня количество просмотров «Куми-Куми» на YouTube перевалило за 240 млн, а «Котиков» – за 140млн. В прошлом году права на их показ в Новой Зеландии и Австралии выкупила студия Disney, а в Южной Корее – федеральный канал EBS1. «Ванимации можно зарабатывать либо на лицензировании, либо на производстве, если это субсидируемое производство или создание анимации на заказ», – констатирует Павел Мунтян. Сегодня 60% дохода студии приносит цифровое лицензирование, 40% – продажа прав на использование бренда в производстве потребительских товаров. Например, совсем недавно Toonbox продала мировую мастер-лицензию на печатную продукцию с брендами «Куми-Куми» и«Котики, вперед!» компании Kaiken Publishing (Rovio Entertainment Ltd.).

В чем же секрет успеха мультфильмов Toonbox? Для выхода за границы России, как оказалось, надо быть космополитом и подключить кпроцессу создания фильмов международных профессионалов. «Сериал «Куми-Куми» может показаться слегка рафинированным. Но если есть желание сделать продукт международного образца, придется считаться с некоторыми вещами, – поясняет Павел Мунтян. – Например, в «Куми-Куми» была шутка, где один герой показывает другому клизму. Американские коллеги зарубили ее: «Нигде, кроме России, не занимаются самолечением. На Западе люди не знают, как выглядит клизма, потому что повернуты в этот момент к доктору спиной. Поэтому шутка выглядела бы не смешной, а глупой».

Создание одного сезона обходится Toonbox в районе 2,5млн евро. В эту сумму включены вся подготовительная работа, разработка брендбука и питч-библий, кастинг иадминистративно-организационные вопросы. Вструктуре инвестиций детских проектов студии около 60% составляют частные пожертвования, остальное – средства, взятые из оборота. Toonbox, как и любой бизнес, нацелен на минимизацию издержек и максимизацию прибыли. Чтобы развить известные бренды «Котики, вперед!» и «Куми-Куми», ей нужны инвестиционные вливания в размере $2 млн.

Говоря о будущем, Павел Мунтян делает ставку на развитие лицензионных продаж. В прошлом году он привлек «тяжелую артиллерию»– этот отдел студии возглавил экс-сотрудник Rovio, который несколько лет успешно развивал лицензионное направление Angry Birds в России, странах СНГ иЕвропе. Лицензирование и небольшие коммерческие заказы, к которым сейчас вернулась компания, помогут удержать оборотные показатели до конца года. «По очень предварительному прогнозу, это сумма может составить $1,2 млн», – добавляет Павел Мунтян. Но эти ожидания – лишь прелюдия к тому, что Мунтян и Пономарев задумали в будущем: создать на Кипре анимационную деревню.

Гений Максимова

Неповторимый стиль режиссера-мультипликатора ихудожника Ивана Максимова легко узнаваем. Его мультфильмов нет вбольшом прокате, но они более 30раз брали награды на российских и международных анимационных фестивалях. «Иван Максимов сделал в мультипликации небывалое: он сочинил свой мир. Мир, живущий по собственным законам гравитации, любви, неизбывного интереса и любопытства друг к другу – как бывает у детей, зверей и вообще любого простодушного существа» – так когда-то охарактеризовал его творчество легендарный мультипликатор Юрий Норштейн. Однако такой мир сложно вписать в рамки массового спроса.

Внешне Максимов больше похож на рок-музыканта, чем на человека, который со школы обожает рисование. Но это потому, что в его биографии хватает парадоксальных моментов. Он вырос вМоскве, в семье физиков. Его отец, член-корреспондент РАН, профессор Леонид Максимов, занимается теоретическими исследованиями, а мать, Ксения Разумова, специализируется на термоядерном синтезе. Оба в свои 85 работают в НИЦ «Курчатовский институт» (ранее Институт атомной энергии имени И.В. Курчатова). Глядя на работы Максимова, можно подумать, что он начал рисовать раньше, чем научился ходить. Но пример подавал отец, который в свободное от физики время рисовал для души. «В школе я делал комиксы, копировал любимых художников. Так сложился некий конструктор фрагментов – форм глаз, носов, крыльев, хоботов, – из которых рождаются новые персонажи и корректируются, в зависимости от того, какая у них должна быть эмоция и характер», – добавляет художник.

После школы Иван год работал фотографом в Институте биофизики АМН, а в 1976 г. поступил в Московский физико-технический институт (МФТИ). «Пойти в физики было легче и понятнее, чем стать художником, – объясняет он свой выбор. – Вхудожественный вуз меня бы не взяли, потому что я не ходил в художественную школу». На последнем курсе он впервые начал публиковаться в журналах «Квант», «Энергия» и«Спутник». После диплома в 1982 г. Максимов устроился инженером в Институт космических исследований АН, где проработал четыре года, пока случайно не узнал о Высших курсах сценаристов и режиссеров, куда принимают без блата ислюбым высшим образованием. Его гений раскрылся в первой же курсовой работе. Она получила «Золотого медведя» и «Нику», а диплом взял приз «Фипресси» в Оберхаузене.

Призвание с признанием

В 1986г. Иван Максимов пришел к тому, к чему стремился, – анимация стала основным делом его жизни. Художник с самого начала работал один, поэтому решение зарегистрировать ИП и назвать проект «Студией Ивана Максимова» было логичным. Он до сих пор работает в одиночку, иногда привлекая двух аниматоров на сложные сцены. До начала глобального финансового кризиса Ивана кормили коммерческие заказы. В начале 1990‑х именно он придумал логотип в виде слоника для игровой приставки Dendy, от которой сходило с ума полстраны. Это Максимов сделал анимационную рекламу «Потому и не кусают» для «Москитола». Она дважды приносила компании приз «Бренд года». Но с 2009‑го подобные заказы прекратились.

С того времени единственным источником финансирования Студии Ивана Максимова стало Министерство культуры. Все фильмы, аухудожника их более 20, выпущены при государственной поддержке. Он работает по стандартным для 2D-технологии расценкам – около 100 000 руб. за минуту производства. После выполнения работы имущественные права принадлежат Минкультуры и кинокомпании, через которую режиссер получает средства. «Мои фильмы никто не продает, – объясняет Иван дальнейшую судьбу своих работ. – Потому что как минимум мой продюсер считает, что их никто не будет покупать. Их задача– участвовать в фестивалях».

Но почему бы не попробовать продавать? Максимов отмахивается: слишком узкая аудитория – примерно 15% зрителей. Чтобы достичь коммерческого успеха, нужна тонко просчитанная маркетинговая кампания, а ею некому заниматься. «Авторская анимация, даже если это успешные фильмы Игоря Ковалева иАлександра Петрова (единственный из российских аниматоров, получивших «Оскар». – Прим. «Ко»), никогда не будет приносить большой доход – считает Максимов. – Потому что это не ширпотреб, анекоммерческий продукт, на котором практически невозможно заработать столько, чтобы окупить производство».

В том, что ему удобнее сотрудничать с государством, Максимов окончательно убедился в 2013 г. Тогда он задумал семиминутный мультфильм «Скамейки», но проект был слишком сырым, чтобы претендовать на грант. Мастер-банк, на счете которого хранились все деньги, потерял лицензию прежде, чем художник успел снять накопления. Впоисках новых источников средств он решил попробовать новый для себя формат – краудфандинг на Planeta.ru. Впрошлом году вместо заявленного 1млн руб. художнику удалось собрать 582 147 руб. Больше всех – 100 000 руб. – перевел одногруппник Максимова по МФТИ. Режиссер не хочет прибегать к краудфандингу в будущем – ему неприятно попрошайничать. Поэтому сейчас он по госзаказу работает над вторым фильмом из цикла «Скамейки». «Я могу делать любую тему бесконечно», – добавляет Максимов.

Максимову нравится решение Toonbox обосноваться на Кипре. Иван тоже хотел бы переехать куда-нибудь в Таиланд, но в Москве его держат обязательства – сериал «Везуха», лекции в школе аниматоров‑режиссеров «ШАР» и поездки раз в месяц в Петербург, где работает его бесплатная школа. На вопрос, как Максимов планирует развивать студию дальше, он реагирует со свойственным ему спокойствием: «Никак». Его устраивают принцип «лучшее – враг хорошего» и ежемесячный доход индивидуального предпринимателя в размере $1000. «У меня всегда была мечта – иметь свою мастерскую в центре, – неожиданно добавляет Максимов. – Но она несбыточная, потому что никто ею уже давно не занимается». А если мечта исполнится по чистой случайности? «Если только действительно случайно», – немного подумав, соглашается он.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: