Почему медведи не съели пингвинов?

Вот уже несколько лет в России пытаются пролоббировать принятие закона о запрете пластиковых (точнее, полиэтилентерефталатовых, ПЭТ) бутылок для пива. Дискуссии вокруг этого то разгораются, то затихают, но в последнее время ситуация резко обострилась, поскольку с 1 июня стартовала рекламная кампания против ПЭТ-упаковки под девизом «Запретим пластиковую бутылку – спасем Россию!». Надписи с соответствующим слоганом появились на сайтах газет «Ведомости» и «Коммерсантъ». Билборды с призывом повесили на Рублевском шоссе. Организатором кампании выступает не зарегистрированный Минюстом Национальный союз защиты прав потребителей (НСЗПП).

Главным аргументом против использования ПЭТ-упаковки является то, что она якобы вредная. Правда, в мире этого вреда пока не признают. Европейское агентство по безопасности продуктов питания (EFSA) регулярно осуществляет проверки пластиковых материалов, контактирующих с пищевыми продуктами. По информации EFSA, ПЭТ-гранулят попадает в производственную цепочку только после лабораторных исследований и будучи одобренным для контакта с продуктами. Европейские эксперты утверждают, что упаковка нипри каких обстоятельствах не вступает в реакцию с непосредственным содержимым. Но то в Европе, а у нас руководитель Национального союза защиты прав потребителей Павел Шапкин – наиболее громкий лоббист запрета – рассказывает про исследования, доказывающие, что прихранении пива в пластике в напиток попадает ядовитое вещество дибутилфталат.

«Я занимаюсь этим полимером сорок лет и никогда еще не слышал таких чудовищно безграмотных аргументов!– возмущенно комментирует слова Шапкина ученый-химик, почетный президент Ассоциации производителей и переработчиков полиэтилентерефталата (АРПЭТ) Виктор Керницкий. – Вопрос, попадает ли дибутилфталат в бутылки из полиэтилентерефталата, такой же бессмысленный, как вопрос, почему белые медведи не съели пингвинов. Они просто никогда не встречаются! Это совершенно разные вещества. Дибутилфталат может, скажем, использоваться при производстве линолеума, ак производству бутылок он никакого отношения не имеет. Для родины Менделеева просто стыдно обсуждать такую возможность».

Аналогичное мнение недавно высказал заслуженный химик РФ, президент Союза химиков Виктор Иванов. Он, в частности, подчеркнул, что «наличие дибутилфталата в ПЭТ невозможно. Это противоречит законам химии, мировому опыту и многочисленным российским и зарубежным исследованиям». По словам Иванова, «ПЭТ – высокомолекулярный полимер, который не имеет с низкомолекулярными фталатами ничего общего, кроме аналогий в названиях».

Как отметил Виктор Керницкий, самые тщательные опыты не выявили взаимодействия ПЭТ с пищевыми продуктами, хотя в бутылки наливали и уксус, и кислоты. Растворить ПЭТ можно только при очень специфических условиях – для этого нужна смесь трех кислот и высокая температура, чего в бытовых условиях достичь нельзя. К тому же, если человек пьет пиво сразу из бутылки, то ПЭТ-тара обеспечивает более гигиеничные условия потребления: у нее, в отличие от других емкостей, кончик бутылки, который попадает в рот человеку, был надежно закрыт пробкой, и после открытия бутылки является практически стерильным. Доказательством безопасности ПЭТ является то, что из этого полимера производят хирургические нити и медицинские пробирки.

Также и производство ПЭТ является более экологичным, чем производство стеклянной или металлической тары: недавнее исследование, проведенное Американской ассоциацией производителей ПЭТ (PETRA), показало, что количество углекислого газа, выделяемого в атмосферу при выпуске пластиковых бутылок, в три раза меньше, чем при изготовлении алюминиевых банок, и в два раза меньше, чем при производстве бутылок из стекла.

При этом ПЭТ-бутылки являются прекрасным сырьем для вторичной переработки. По данным Виктора Керницкого, к настоящему времени российская промышленность ежегодно перерабатывает 58 000 тонн бутылок. Причем отечественных отходов не хватает, так что еще около 2000 тонн бутылок приходится импортировать. Главная проблема переработки сегодня заключается в том, чтобы «выбирать» бутылки на российских свалках. Возможно, отчасти решит проблему новый закон «Об отходах». Он правда, пока еще не работает, но есть надежда на то, что по мере того, как его положения начнут действовать, Россия постепенно придет к раздельному сбору отходов.

Некоторые организации, например РЖД, его уже налаживают. Впринципе ПЭТ-упаковку можно даже сжигать: она относится к 5-й, самой безвредной категории отходов, и японские исследования показали, что уровень выделения вредных веществ при сжигании ПЭТ примерно соответствует аналогичному показателю при сжигании дров. Однако уничтожать ПЭТ – непозволительная роскошь, поскольку использованная упаковка является ценным промышленным сырьем. Помнению Виктора Керницкого, уотрасли вторичной переработки ПЭТ-упаковки имеется практически беспредельный рынок сбыта– из нее делают и теплоизоляционные, и кровельные материалы, и утеплители для одежды.

Виктор Керницкий уверен, что в конечном итоге никто ПЭТ-тару не запретит, хотя бы потому, что это противоречит глобальной тенденции. Вмире производство ПЭТ-тары растет со скоростью 5–7% в год. Западные страны стараются запретить использование любой другой тары на спортивных соревнованиях и массовых мероприятиях: ПЭТ-бутылки не бьются, ими невозможно нанести серьезные увечья. Возможен выход ПЭТ-упаковок в другие сегменты рынка: с появлением новых разработок в области упаковки все больше западных и российских виноделов засматривается на более дешевые, небьющиеся и легкие пластиковые бутылки. В Европе вина стоимостью 15–30 евро уже разливают в ПЭТ.

Есть еще и чисто деловой аспект проблемы. Производство ПЭТ-тары– процветающая отрасль промышленности. Если еще двадцать лет назад пластиковые бутылки импортировались, то сегодня их выпускают отечественные производители, работающие, впрочем, по американским и немецким технологиям. Полимер в России делают сегодня четыре завода – в Твери, Уфе, Калининграде и Солнечногорске. Их совокупные мощности составляют около 600 000 тонн в год, причем часть продукции экспортируется, в том числе в страны ЕС и в США. На данном рынке Россия выступает конкурентом Китая. Как отмечает Виктор Керницкий, запрет на ПЭТ-тару может стать настоящим ударом по отрасли, что губительно в условиях рецессии и напряженных отношений с Западом.

В ситуации жесткой конкуренции на рынке производства полимеров недозагруженность заводов приведет к росту себестоимости преформ. Не исключено, что кому-то из заводов– производителей полимеров просто придется закрыться. А в сегменте производителей преформ (это около 70российских заводов), где много небольших и средних предприятий, работающих зачастую адресно, то есть под потребности конкретных пивоваренных предприятий, подобные сокращения просто неизбежны.

Такой же удар может быть нанесен и по пивоваренной отрасли, примером чего служит ситуация, сложившаяся на «Пивоварне Лобанова». Для организации розлива в ПЭТ-тару предприятие взяло кредит в 36 млн руб., благодаря которому 40% продукции теперь разливается в пластик. Как отмечает директор предприятия Дмитрий Тимохин, если закон о запрете розлива пива в ПЭТ объемом более 0,5 литра будет принят, придется тратить время на реорганизацию производства и залезать в новый кредит, хотя старый еще не выплачен. Пивоваренной отрасли придется понести многомиллиардные убытки, чтобы свернуть уже налаженные производственные линии и запустить новые. Что касается потерь российского бюджета, то, по оценке Виктора Керницкого, они могут составить около 100 млрд руб. в год.

«Сегодня ПЭТ – самая популярная и практичная упаковка в мире, – резюмирует президент комбината «Очаково» Алексей Кочетов. – Она полностью безопасна, что доказано многочисленными исследованиями, удобна для транспортировки и поддается полной переработке. Роспотребнадзор РФ уже более двадцати лет признает данную упаковку безопасной. О чем здесь можно говорить?!»

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: