Осторожно, модернизация

Дмитрий Медведев поручил разобраться с путинским наследством. Ответственный – Владимир Путин

Начальники российских госкорпораций слушали послание президента Медведева с особым трепетом. Больше всего, по данным Newsweek, волновались в «Олимпстрое». После всей кадровой чехарды еще одна реорганизация – верный срыв Олимпиады, жаловался близкий к корпорации источник. «Олимпстрою», наоборот, повезло, зато у остальных корпораций проблемы. Ничего не поделаешь, мода в Кремле сменилась. Два года назад госкорпорации создавали одну за другой, чтобы ускорить модернизацию экономики. Теперь их собираются ликвидировать – с той же целью.
Бессодержательным послание уж точно не назвать. Медведев сказал много важного: провел четкую границу между нынешней Россией и советским прошлым, призвал не искать виновных в кризисе только за границей. А идей и предложений за сто минут прозвучало столько, что не выполнить и за два президентских срока, хотя бы и шестилетних. Президент говорил о мобильной связи четвертого поколения и оптимальном числе депутатов в региональных думах, об архитектуре новых школьных зданий и создании в России аналога Силиконовой долины.
Но есть проблема. Понять, какой политический и экономический курс будет проводить Кремль в ближайший год – до следующего послания, – из всего сказанного нельзя. Есть лишь ощущение, что со своим предшественником Медведев расходится все дальше. В основном на словах. Среди немногих дел – поручение правительству решить до 1 марта 2010 года судьбу госкорпораций, ставших едва ли не главным экономическим проектом последних лет президента Путина.

БЕСПЕРСПЕКТИВНАЯ ФОРМА
У Медведева загадочная форма госкорпорации давно вызывала вопросы. В его окружении много юристов, сетует осведомленный источник, и те ему твердили по три раза в день, что госкорпорации – это плохо. Что это – госкорпорация? Не компания и не министерство, некоммерческая организация, имеющая право вкладывать казенные миллиарды в проекты с туманными перспективами. Сторонники создания госкорпораций в этом находили плюс – гибкий статус помогает решать важные государственные задачи без лишней бюрократии.
Но за свободу рук госкорпорации получили по рукам. В августе президент поручил генпрокурору Юрию Чайке и главе контрольного управления Кремля Константину Чуйченко оценить эффективность их работы. Отчет президенту представили как раз перед посланием – в минувший вторник. Как и ожидалось, нарушений нашли много. Госкорпорации не выполняют своих целей, медленно осваивают деньги, а если тратят – то не на дело, а на бонусы руководству, например, или на закупки по завышенным ценам. Члены наблюдательного совета «Роснано» прогуливают важные совещания, а в «Ростехнологиях» принципиальные вопросы решают все больше заочно. Госкорпорации – бесперспективная форма, постановил президент. Госкомпании лучше.
Фокус в том, что найденные ревизорами проблемы не разрешить изменением формы собственности. В обыкновенных госкомпаниях творится то же самое. Закон о госзакупках на них не распространяется, он действует лишь для органов власти. С зарплатами та же проблема. Была мысль подчинить работников госкорпораций закону о госслужбе, чтобы их руководители не могли получать больше министра. В госкомпаниях зарплаты руководства устанавливают советы директоров, и они бывают очень высокие. Наблюдательные советы будут преобразованы в советы директоров, но их составы вряд ли радикально изменятся. Прогульщики смогут прогуливать дальше
Но президент проявил политическую волю – значит, надо действовать. У разных госкорпораций судьба будет складываться по-разному. Те, кому уже определен срок жизни, трогать не будут. «Олимпстрой» доработает до сочинской Олимпиады, а Фонд реформирования ЖКХ, как и предполагается, закроют с 2012 года. Остальным, похоже, придется потерять привилегии и стать как все. Реорганизация будет технически сложной, но это не сложнее, чем было их создавать, выдумывая новые правила, говорит кремлевский чиновник. Главная идея в том, что форма собственности не должна давать преимуществ в конкурентной борьбе.
Помощник президента Аркадий Дворкович предположил после послания, что Внешэкономбанк, «Ростехнологии» и «Роснано» будут акционированы уже в 2010 году. Логика проста: в госкомпании будут превращены госкорпорации, у которых конкуренты в бизнесе. Но не все так просто. Поручение президента будет выполнять правительство, а там готовы поспорить, у кого нормальная конкуренция, а у кого особые обстоятельства.

УВАЖИТЕЛЬНЫЕ ПРИЧИНЫ
Например, ВЭБ. Банки, конечно, конкурируют друг с другом, в том числе и государственные. Ни у Сбербанка, ни у ВТБ статуса госкорпорации нет. Но у Внешэкономбанка специфические задачи, с советских времен он унаследовал роль агента правительства по обслуживанию внешнего долга. На нем же «висит» управление пенсионными накоплениями.
Трансформируясь, ВЭБу придется получить обычную банковскую лицензию от ЦБ, а значит, соответствовать многочисленным банковским нормативам. Например, он не сможет одолжить одному заемщику сумму больше 5% собственного капитала банка, а группе взаимосвязанных заемщиков – больше 15%. Банку развития все эти ограничения ни к чему, уверен гендиректор «Интерфакс-ЦЭА» Михаил Матовников. Его цель – как раз кредитовать тех, кого больше никто не кредитует, а это долгосрочные и не самые доходные вложения. Сейчас ВЭБ может делать что угодно.
Преобразование ВЭБа в обычный банк может обернуться для государства неподъемными расходами. Близкий к банку источник говорит, что для превращения в акционерное общество уставной капитал ВЭБа придется увеличить триллиона на два, иначе он не справится с возложенными на него задачами. ВЭБ не сможет выполнить свои функции в форме акционерного общества, убежден правительственный чиновник: «Либо банк – либо институт развития».
Нет ясности с «Росатомом» и Агентством по страхованию вкладов (АСВ). Дворкович считает, что их судьбу можно решить после 2010 года. В Белом доме уверены, что они должны остаться госкорпорациями. В атомной корпорации кроме бизнеса по производству электроэнергии и строительству АЭС есть военный блок – все, что касается «ядерного щита». Такую структуру точно не приватизируют, скорее, снова сделают министерством.
Агентству по страхованию вкладов не с кем конкурировать и негде заниматься бизнесом. Его задача – приводить в порядок проблемные банки и возвращать деньги их вкладчикам. Замгендиректора агентства Андрей Мельников считает, что перевод АСВ в акционерное общество – это идеологическая ловушка: «Из чего мы будем извлекать прибыль?» Мельников видит АСВ некоммерческой организацией, а уж госкорпорация она или фонд – дело десятое.
Правительство может и вступать в открытую конфронтацию с президентом. Можно просто тянуть время. Медведев сам дал правительству 3,5 месяца на подготовку документов по судьбе госкорпораций. А вся реорганизация может продлиться больше года.
И только в «Роснано» готовы переодеть форму по первому приказу. Там не возражают против статуса госкомпании, что и неудивительно – у ответственного за нанотехнологии Анатолия Чубайса богатый опыт работы во главе РАО ЕЭС. «Мы работаем с внешними контрагентами – на уровне заявителей и соинвесторов. Для них процедуры в акционерном обществе понятнее», – говорит член правления «Роснано» Андрей Трапезников.

ПЕРВЫЙ КАНДИДАТ
В итоге единственной реальной жертвой президентской атаки на госкорпорации могут стать «Ростехнологии». С момента рождения в 2007 году судьба у этого монстра не задалась. В корпорацию объединили более 400 разнокалиберных предприятий автопрома, металлургии и оборонки. Задачи поставили весьма туманные – содействовать разработке и экспорту высокотехнологической продукции. Это при том что многим попавшим в «Ростехнологии» заводам было не до экспорта – они давно остановили производство и представляли ценность разве что как объект недвижимости.
Мало кто скрывал, что набор активов, доставшихся корпорации, определялся лоббистскими возможностями ее главы Сергея Чемезова, давнего знакомого Путина.
Собрав огромный холдинг, он не успел с ним ничего толком сделать. Кризис поставил «Ростехнологии» на грань выживания. В мае в интервью «Ведомостям» Чемезов не мог назвать даже два-три абсолютно здоровых предприятия. Финансовое состояние плохое у всех, предбанкротное – более чем у 30%. Общая задолженность – почти 600 млрд рублей.
Но изменение формы «Ростехнологий» грозит новыми рисками. Став акционерным обществом, придется жить по обычным корпоративным законам. Например, потерять иммунитет к банкротству. Практически все предприятия «Ростехнологий» должны банкам. Даже если долги не просрочены, при смене собственности, пусть и формальной, может сработать ковенант, то есть условие договора, по которому кредит может быть истребован досрочно. Если госкорпорация становится АО, то это может стать поводом для изменения соглашений и требования досрочного возврата кредитов.
Правда, речь идет о самом мрачном сценарии. Вряд ли найдется компания, которая рискнет банкротить «Ростехнологии», говорит партнер ФБК Игорь Николаев. К тому же структура «Ростехнологий» такова, что банкротство одной компании холдинга вряд ли приведет к его полному банкротству. Но все равно новая госкомпания будет убыточной, говорит источник, близкий к Кремлю.
Главное, что и в Белом доме согласны: «Ростехнологии» – первый кандидат на реорганизацию. Чемезовым, по сведениям Newsweek, недоволен и премьер Путин. Главе «Ростехнологий» особенно повредили неудачные попытки навести порядок на АвтоВАЗе.
Так что даже если инициатива президента приведет к реальным переменам, решающим снова может стать слово премьера.

Сенсаций в налоговой политике от Медведева не ждали. Президент пообещал «в ближайшее время вернуться» к вопросу о снижении налогов, но его помощник Аркадий Дворкович пояснил, что произойдет это не раньше 2012 года. К тому времени налоги успеют повысить. Как известно, с 2011 года нагрузка на компании увеличится примерно на 850 млрд рублей из-за резкого увеличения платежей в Пенсионный и другие социальные фонды: с 26% до 34% от фонда оплаты труда.

Не поднимать эти налоги уже нельзя, иначе не хватит денег на обещанное масштабное повышение пенсий. Зато можно сделать отдельные исключения. Было бы странно говорить о суперкомпьютерах и ядерных технологиях и тут же отнимать деньги у тех немногих предпринимателей, которые проявляют интерес к подобным темам. Поэтому инновационным компаниям президент пообещал пятилетний переходный период перед увеличением платежей.

Осталось четко определить, что это за компании. Минэкономразвития еще в сентябре предлагало дать отсрочку бизнесу в сфере информационных технологий и инжиниринга. Для таких фирм зарплата сотрудников – основная часть расходов. Однако список льготников может быть расширен, ведь к инновациям можно отнести и разработку новых лекарств, пластмасс или строительных материалов. Кого допускать к отсрочке, а кого нет?

Это и есть проблема. Когда отдельные категории бизнесменов попадают в привилегированное положение, всегда есть опасность, что от налогов уйдут не только они. Предприниматели четко улавливают моду: под определение инновационных сразу может попасть масса проектов.

К общественности, которая действует сама по себе, российские власти относятся с подозрением. До недавнего времени Кремль подозревал правозащитные и образовательные некоммерческие организации в пропаганде цветных революций. Впрочем, уже в первый год своего президентства Дмитрий Медведев внес поправки в закон об НКО, упрощающие регистрацию и отчетность для таких структур. В послании был сделан следующий шаг – навстречу благотворительным фондам.

Их в политических амбициях не обвиняют, зато аккуратно собирают с них налоги. Кроме того, компания, готовая пожертвовать на помощь малоимущих или лечение больных детей, не сможет вычесть эти суммы из базы по налогу на прибыль, а с частного лица, которому оказывают помощь, могут потребовать подоходный налог. Получается благотворительность в пользу бюджета. Президент пообещал отменить эти поборы.

Кроме расходов на лечение и социальную помощь, от налогов обещано избавить и гранты на развитие физкультуры и массового спорта. Правда, для этого благотворительным организациям придется получить статус «социально ориентированных».

Другое предложение Медведева касается эндаументов – специальных фондов, расходы с которых идут на благотворительные или социально значимые цели. Теперь пожертвования в такие фонды можно будет вносить не только живыми деньгами, но и акциями или недвижимостью. Эндаументы – это далеко не только помощь бедным. Один из первых таких фондов, созданный в России, предназначен на развитие бизнес-школы «Сколково», попечительский совет которой возглавляет сам президент.

Читайте также
Удар мимо пояса
Навстречу реальности

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: