Города-побратаны

В конце 2001-го во все региональные подразделения МВД был направлен грозный циркуляр – тогдашний министр внутренних дел Борис Грызлов обещал увольнять милиционеров, отказывающихся принимать заявления от пострадавших граждан.
И – о чудо! – по итогам 2002 г. заявлений стало почти втрое больше – 13 млн (5 млн в 2001-м). В 2005-м нововведения закрепили приказом, и заявлений стало еще больше – почти 20 млн. Получается, что заявить о своем «знакомстве» с преступностью спешит каждый седьмой россиянин.

Но если даже поверить официальной статистике – легче не становится. Получается, что «лихие девяностые» просто перетекли в «лихие нулевые». Легализовались авторитеты, распались преступные группировки; организованная преступность – та, что всегда была на слуху, – растворилась в пространстве огромной богатеющей страны. А уровень преступности остался таким же, даже несколько подрос. Вот только убивают, судя по официальным данным, чуть меньше. Зато больше грабят и воруют. Возможно, это неприятные симптомы растущей экономики. Как говорил Ленин, «вся история капитала есть история насилий и грабежа, крови и грязи».

МВД не публикует детальной статистики по городам, только по регионам, – так что журналисты Newsweek решили самостоятельно выяснить, какие города в России меньше всего совместимы с жизнью. Заказанное у социологов исследование длилось почти три месяца, и в результате мы не только получили рейтинг самых опасных городов родины, но и смогли определить лидеров по разным видам преступлений (результаты исследования смотри на стр. 22). Окинув взглядом криминальную карту России, корреспонденты Newsweek поехали изучать нелегкие судьбы трех городов: Кызыла, лидирующего по убийствам и изнасилованиям; Биробиджана, города с самым высоким уровнем наркопреступлений; и Перми, абсолютного чемпиона в общем зачете по уровню преступлений.

ГДЕ НА РУСИ УМИРАТЬ ХОРОШО

Стотысячный Кызыл долгие годы лидирует по тяжким преступлениям: почти 100 убийств и под 60 изнасилований в год на 10 000 населения – самый высокий показатель по России. Но той ночью в столице Республики Тува никого не убили. Похоже, электрика Прохорова жена связала – как и обещала. «Я, как сюда приехал, начал разбираться: почему так много убийств на бытовой почве, откуда все эти ножи и топоры? Мне говорят, тувинцы – те же горцы, кровь играет. Ничего подобного! Просто пьянство и безработица!» – говорит и. о. министра внутренних дел республики Алексей Корнеев, переведенный в Туву в 2001-м из беспокойной Чечни.
Корнеев уверяет, что в прошлом году число зарегистрированных преступлений в Туве пошло на спад. Прокурор республики Павел Бухтояров уточняет: «Снижение есть, но уровень преступности остается выше среднего по стране, а уровень тяжких и особо тяжких значительно превышает средний показатель по России». Причем число убийств, судя по первым месяцам этого года, только растет. В маленьком городе каждая смерть – потрясение. «Несколько лет назад в новогоднюю ночь в Кызыле произошло семь убийств. Доложили в Москву, сказали, что все раскрыты по горячим следам, – вспоминает руководитель Улуг-Хемского отдела следственного управления СК при прокуратуре РФ Геннадий Кюрю. – В Москве удивились такому количеству: если в столице в 100 раз больше народу живет, значит, у нас 700 человек за ночь должны были зарезать?»

Криминальная хроника в местных газетах пестрит заголовками: «Вместе пили, а потом убили». 35-летний Омак Монгуш выпивал со своим шурином. Потом поругались. Омак доской проломил родственнику череп. Замначальника УВД Кызыла Владимир Данзы уверяет, что большинство бытовых преступлений раскрываются по горячим следам. «Нашли недавно посреди улицы труп мужчины с перерезанным горлом; думали, что разбойное нападение, – вспоминает капитан Данзы. – Оказалось, что семейная ссора. Пьяный муж гонялся за женой с ножом, женщина вырвала нож и зарезала супруга».

В последнее время тувинская молодежь перешла с водки на крепкое пиво. «Это какая-то напасть, – вздыхают тувинские опера. – Бутылки из-под пива находят на месте практически каждого преступления». Драки возникают буквально на пустом месте. В три часа ночи в темном сквере у памятника Красным партизанам на глазах у корреспондентов Newsweek группа спортсменов-борцов не поделила девушек с пьяной компанией. Борцы, понятно, соперников побили. Парни ретировались, но, как оказалось, ненадолго. О нашу скамейку вдребезги разбилась брошенная пивная бутылка. Следом с диким криком выбежал один из избитых, держа над головой непонятно где найденную совковую лопату. Потасовка завершилась под окнами республиканского ФСБ.

Сейчас, если верить статистике, нет даже преступлений, совершенных ОПГ. «Да у нас-то и группировок серьезных нет», – пожимает плечами и. о. главы МВД республики Алексей Корнеев. В народной памяти остался лишь Дидим-оол Донгак по кличке Герой, которого убили в 1995-м. Сейчас его именем назван турнир по вольной борьбе. В последний раз тувинская организованная преступность напомнила о себе в 1999-м, когда был убит и. о. мэра Кызыла Генрих Эпп. Его автомобиль подорвали, а в чиновника всадили 4 пули. Прокуратура считает убийство заказным – Эпп активно руководил борьбой с городским криминалом. Сейчас же опера занимаются только «работой с населением», в том числе с самым молодым, – в 2006-м милиция задержала двух старшеклассников, убивших за ночь на 9 марта женщину и двух мужчин. Следователям подростки признались, что перед тем, как избить до смерти 39-летнюю женщину, они ее изнасиловали – по этому виду преступлений Кызыл тоже лидер.

«Раньше напряжение [в Чаа-Холе] было сильное, нездоровая обстановка», – признается судья Баутдинов. «Местный житель убил свою жену, заподозрив ее в неверности, – вспоминает судья одно из своих первых дел. – На глазах у детей пробил женщине голову кочергой, потом раздел догола и методично выдирал ей из головы волосы». В этом году преступность в Чаа-Холе пошла резко на спад – пока не было ни убийств, ни изнасилований. А половина поселка, та, что ближе к субургану, по словам судьи, «даже перестала пить водку».

ЕВРЕЙСКОЕ СЧАСТЬЕ

«У нас на территории области сырьевая база для производства наркотиков, большие площади дикорастущей конопли, проходит федеральная трасса Хабаровск–Чита, по которой идет транзит зелья по территории Дальнего Востока, Забайкалья и Сибири, – откровенничает вице-губернатор ЕАО Геннадий Антонов. – Поэтому уровень преступлений в сфере наркотиков превышает уровень по стране. Цифры не обманешь. При этом из 187 000 населения области в Биробиджане проживает почти половина – 76 000 человек».
И. о. начальника ФСКН по ЕАО Валерий Молоканов уверяет, что ситуация улучшается. И ссылается на статистику: «Если в 2004 году было выявлено 142 преступления, то в 2007-м – уже 290», – говорит наркополицейский. По его словам, в рейтинге ФСКН по выявленным преступлениям подразделение входит в десятку лучших (хуже всего, по рейтингу, с наркотиками борются в Адыгее и Курской области). Молоканов говорит, что лет через 15 на территории области «дури» не останется вообще – «главное, наркокурьеры теперь знают, что рано или поздно окажутся за решеткой». У местных оперативников в ходу поговорка: «Хочешь получить статейку – заезжай в Еврейку».

Если «лидерство» области можно объяснить природными причинами, то Биробиджан возглавляет рейтинг благодаря своей транспортной инфраструктуре. «Именно на территории Биробиджана оформляют всех злоумышленников, которых задерживают на посту ДПС “Икура”. На этом посту досматриваются машины из ЕАО в сторону Хабаровска, и объехать пост невозможно. Справа – Транссиб, слева – болото», – говорит начальник областного УВД Василий Олейник.
Оперуполномоченный ФСКН по ЕАО, подполковник Дмитрий Печенюк, согласен с генералом Олейником: «Если даже пеший курьер попытается обойти пост, его обязательно заметят оперативники, отслеживающие все окрестности». Но признает, что рассмотреть контрабанду удается далеко не всегда. Недавно поступила информация о большой партии товара, спрятанной в кочанах капусты. Но выявить ее не удалось – «не резать же сотни кочанов», а если товара не окажется, потом еще и ущерб возмещать. «Хотя нам известно, что когда кочан капусты только начинает расти, в его основание вставляют емкость с гашишным маслом. К созреванию овоща емкость оказывается внутри капустных листьев, и обнаружить контейнер становится почти невозможно», – рассказывает подполковник.

Трава в ЕАО – не только статья криминального экспорта, но и популярный товар внутреннего потребления. Здесь ее даже используют как валюту: в начале июня оперативники задержали 22-летнего Кирилла Смирнова, который пытался обменять 7 кг марихуаны на Toyota Corolla. А в феврале «подкайфовавший» водитель биробиджанской маршрутки решил прокатиться до Хабаровска. За ним началась погоня, но «Газель» неслась по трассе даже с простреленными шинами. Одна из пассажирок выпрыгнула на дорогу и погибла. Водитель получил 9 лет тюрьмы. По официальным данным, наркоманов в области не так много – на учете состоят менее 300 человек. Но прогуливаясь по ночному городу, корреспонденты Newsweek наткнулись на молодых людей, потягивающих «Балтику» и курящих самокрутки, от которых пахло ацетоном и марихуаной. Этот препарат называют «химкой»; считается, что от вымоченной в ацетоне марихуаны куда более сильный эффект, чем от обычной травы.

ПРОБЛЕМЫ С РЕГИСТРАЦИЕЙ

Учет преступности в России ведется по трем параметрам: количество принятых у граждан заявлений о происшествиях, зарегистрированные преступления и возбужденные по факту этих преступлений уголовные дела. В 2001 г. контролирующие структуры МВД стали следить за тем, чтобы их коллеги не «заворачивали» поступающие заявления – и количество зарегистрированных обращений резко возросло. В прошлом году было зарегистрировано 3,58 млн преступлений, в том числе 22 000 убийств, 340 000 случаев разбоя и грабежа, 1,57 млн краж. Заведено 2,99 млн уголовных дел.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: