Газ попутал

 

Возможно, Леонид Михельсон и не захотел этого делать, ведь люди, работавшие на компанию «

Метапроцесс

» за Полярным кругом, до сих пор добиваются от ее владельца

Кирилла Лятса

выплаты заработной платы. «Работали мы в ООО «Цитадель Инжиниринг». Дочерняя организация ЗАО «Метапроцесс». Более 100 рабочих остались без средств существования. Г-н Лятс К.Г., г-н Грабчак А.В. и г-н Пинчук В.М. кормят до сих пор обещаниями. А установка ведь работает. А денег нет. Как быть?» – такие комментарии появлялись в Сети.

 

На связях

Проект с «Новатэком» стал в 2005 году первым крупным заказом для компании «Метапроцесс» Кирилла Лятса. Фирме предстояло спроектировать и построить уникальную установку по получению метанола. До этого российские специалисты ничего подобного не делали. Ее главная ценность заключается в том, что переработка газа в непосредственной близости от скважины позволяет исключить экологические риски, связанные с доставкой химически активного продукта. «Установка оказалась действительно уникальной, – рассказывает директор департамента добычи и переработки газа и конденсатов ОАО «Новатэк» Рауф Юнусов. – Никто в стране больше такого не создавал». Благодаря успеху этого проекта интерес к «Метапроцессу» проявили другие коммерческие структуры. На сегодняшний день реализовано и находится в работе 26 проектов (по данным сайта компании), а оборот по итогам прошлого года составил около 1 млрд руб. И кто бы 15 лет назад мог подумать, что основателем и генеральным директором компании, сотрудничающей с нефтегазохимическими гигантами, станет гуманитарий без специального образования.

Кирилл Лятс в 1992 году закончил МГУ им. Ломоносова, получив диплом социолога, и устроился в компанию «Нефтяной инвестиционный дом», являвшуюся финансовым консультантом «Уральских машиностроительных заводов» Кахи Бендукидзе. «Я был уверен, что смогу применить свои знания и опыт в организации работы промышленных предприятий в новых экономических условиях, – говорил Кирилл Лятс в одном из интервью. – В январе 1995 г. я стал вице-президентом финансовой компании «Нефтяной инвестиционный дом», занимавшейся вопросами привлечения иностранных кредитов в нефтяные проекты в России. Деятельность нашей компании была настолько успешной, что уже через год она была интегрирована в группу «Биопроцесс-НИПЕК», и там, при моем непосредственном участии, была создана корпорация «Уралмаш-Заводы» (впоследствии Объединенные машиностроительные заводы (ОМЗ)), которая объединила «Уралмаш», Ижорские заводы, ряд более мелких предприятий и научно-исследовательских институтов по всей стране». На новом месте Лятс руководил нефтегазовым направлением, в частности фракционными системами, и занимался поглощением Ижорских заводов, выпускающих емкости для атомных реакторов. Еще в начале 2000-х в ОМЗ пытались освоить тему переработки газа в топливо, но до реализации дело так и не дошло. В 2004 году Каха Бендукидзе вышел из бизнеса, а компания пришла в упадок.

Кирилл Лятс уволился из ОМЗ и решил продолжить развитие бизнеса по утилизации попутного нефтяного газа (ПНГ) уже в собственной компании «Метапроцесс». Сама идея пришла с Запада, где рынок уже был достаточно развит. Все те немногочисленные установки, имевшиеся на отечественных предприятиях на тот момент, покупались за рубежом. В самом начале бизнеса в команде, вместе с Лятсом покинувшей ОМЗ, было всего семь человек. «Метапроцессу» удалось недорого снять офис, получить от ЛАНИТа бесплатные компьютеры и оргтехнику и начать работу с заказчиками.

Первый контракт, впрочем, оказался не очень удачным: «Роснефть» заказала исследование ПНГ своих месторождений, но в дальнейшее сотрудничество – а Лятс рассчитывал на крупный заказ установок ПНГ – это не вылилось по нескольким причинам. Во-первых, «Роснефть» уже работала с зарубежными компаниями, во-вторых, новоиспеченной фирме не очень доверяли.


Выгодный ПНГ

По расчетам Министерства природных ресурсов, помимо экологического загрязнения из-за иррационального использования попутного нефтяного газа Россия ежегодно теряет около 140 млрд руб. Чтобы подтолкнуть нефтя-ников, была введена система штрафов.

В середине марта 2011 года стало известно, что двенадцать нефтедобывающих компаний оштрафуют за чрезмерное сжигание ПНГ на 7,5 млн руб.


 

Грозовые условия

«Метапроцесс» называет себя «мировым лидером в области проектирования мини-установок получения метанола». На деле же компании, кроме проекта с «Новатэком», похоже, похвастать нечем. В 2006 году Кириллу Лятсу удалось заполучить еще один крупный заказ от «дочки» «Роснефти» – «Грознефтегаза». «Метапроцесс» должен был спроектировать и построить под ключ установку по очистке попутного газа от сероводорода. Но довести дело до конца Лятсу не удалось: при запуске установки глохли компрессоры, уже четыре года по этому поводу идут судебные разбирательства. «Грознефтегаз» пытается уверить общественность в том, что это – наша вина, – утверждает Кирилл Лятс. – Но при этом компания не понимает принципов проектирования и предоставила неправильную информацию о качестве газа, умолчав о наличии в нем примесей нефти». В «дочке» «Роснефти» считают по-другому. «Они нарушили правила в проектировании. Лятс собрал команду из новичков, которые не знают разницы между попутным нефтяным и природным газом и вообще не разбираются в промышленности, – возмущается глава «Грознефтегаза» Муса Эскерханов. – Объект стоит по сей день, и я несу убытки». Кто прав, в скором времени решит Арбитражный суд Москвы. Пока перевес в деле имеет заказчик – были проведены независимые экспертизы и составлено экспертное заключение: ошибка в проектировании и подборе оборудования. Сам объект является государственным: переработанный газ должен использоваться для коммунальных услуг, а стоимость проекта оценивается в 200 млн руб., выделенных из бюджета республики.

Другой конфликт «Метапроцесса» – с Иркутской нефтяной компанией – не получил широкой огласки. В 2008 году фирма Кирилла Лятса выиграла тендер на строительство установки по переработке попутного газа. Все работы были выполнены в короткий срок – всего за 7 месяцев с момента подписания контракта, хотя в среднем на это уходит примерно 11–12 месяцев. Но после удачного запуска установки на скважине произошло ЧП – взрыв метанола. «Метапроцесс», проводивший в тот момент исследование месторождения, был вынужден приостановить деятельность и стал ждать сигнала от нефтяников о возобновлении работ. Затем стало известно, что Иркутская нефтяная компания договорилась с другой фирмой, обещавшей поставить компрессоры за меньшую цену. После этого Лятс разорвал контракт с заказчиком. Сама же Иркутская нефтяная компания комментировать ситуацию отказалась, хотя, по некоторым данным, проект, начатый «Метапроцессом», остался незавершеннным.

Лятса неудача не смутила. Он уже строил планы по возведению в Ханты-Мансийском автономном округе завода по производству пара­ксилола и полиэтилентерефталата, используемых для выпуска тканей. Сначала на роль партнеров претендовали китайцы, потом, как рассказывает Лятс, стало известно, что с финансированием поможет «Рос­нано» – якобы госкорпорация одобрила проект. «Заявка есть, – ответили «Ко» в «Роснано», – но она находится на рассмотрении, и шансов у нее немного». Между тем на интернет-сайте Югорской газохимической компании, созданной Кириллом Лятсом под этот проект, «Роснано» фигурирует как партнер «Метапроцесса».

 

Круговая оборона

Проблемы у Лятса возникали не только с клиентами. В 2006 году коммерческий директор «Метапроцесса» Алексей Авилов, трудившийся в фирме со дня ее основания, подал заявление об увольнении. Вслед за ним ушли еще несколько ведущих специалистов, а всего компанию покинули около 15% сотрудников, прихвативших с собой важную техническую документацию. Отследив корпоративную переписку, Кирилл Лятс выяснил, что персонал подался к конкурентам – в научно-исследовательский институт, входящий в группу «НПО «Кедр-89». Здесь следует пояснить, что Алексей Авилов был в тесных отношениях с одним из самых выгодных заказчиков «Метапроцесса» – компанией «ВНИПИгаздобыча» (дочернее предприятие «Газпрома», который владеет 51% акций, оставшиеся 49% принадлежат генеральному директору ВНИПИ Виктору Милованову).

Уволившиеся сотрудники «Метапроцесса» со своей стороны заявляют, что ушли по совершенно банальной причине – из-за задержек заработной платы. Компания Кирилла Лятса якобы задолжала им около 6 млн руб. Что же касается «хищения», Александр Авилов утверждает, что обвинения со стороны Лятса беспочвенны – то, чем занимается «Метапроцесс», не подлежит патентной защите. Используемые им технологии разработаны более 30 лет назад, поэтому закон об авторском праве на них не распространяется.

История с «исходом» сотрудников не имела юридического продолжения, владелец «Метапроцесса» связывал это с желанием конкурентов отобрать у него компанию или развалить ее. Конфликт с бывшими работниками повлиял на бизнес: число клиентов сократилось, дела пошли не самым лучшим образом. Но на этом неприятности не закончились. Главу «Метапроцесса» попросили о встрече с представителями группы «Форпост-менеджмент», являющейся дочерней структурой Газпромбанка. «Считается, что специализация «Форпост-менеджмента» – недружественные поглощения, – расссказывает Кирилл Лятс. – А стиль работы – давление на владельцев бизнеса с целью получения согласия на продажу». Еще в 2007 году Газпромбанк планировал консолидировать 95% акций ОМЗ с помощью «Форпоста», которому принадлежало 20% акций предприятия. Но сделка не состоялась. «Форпост» предоставил недостоверную информацию о бенефициарах, и против выступила Федеральная антимонопольная служба.

В случае с Лятсом «Форпост» действительно предложил купить фирму, но владельца не устроила цена. В 2006 году прибыль «Метапроцесса» была чуть более $20 млн, а за актив предложили $18 млн, причем с условием: Кирилл Лятс должен покинуть бизнес. Именно это требование и стало основной причиной отказа и от самого предложения, и от возможного торга. Вслед за этим в компании начались проверки со стороны различных госорганов. Но опять выручили связи – знакомые в «Газпроме» помогли решить эту проблему.

Еще одна попытка увести у Лятса бизнес была предпринята в ноябре прошлого года. Несколько топ-менеджеров «Метапроцесса» создали структуру, которую назвали почти так же – НИПИ «Метапроцесс» (сейчас переименованный в НП «МААП»), и попытались перевести на нее имеющиеся контракты. По мнению Кирилла Лятса, как и в случае с Газпромбанком, новоявленная фирма пыталась развалить бизнес.

Впрочем, конкуренты это отрицают, а самого Кирилла Лятса они считают плохим руководителем. «Кирилл начал тратить заработанные деньги в своих личных интересах: дирижабли, пиар-акции, конференции, – рассказывает бывший финансовый директор «Метапроцесса», а ныне генеральный директор НП «МААП» Марк Богослов. – Покупался, например, аэродром с дирижаблями за 100 млн руб. При этом забывалась суть слов «налоги», «социальные пакеты». По утверждению Богослова, Кирилл Лятс вел неправильную кадровую политику и был плохим управленцем, что привело к накоплению внушительных долгов. Сам Лятс наличие задолженности по зарплате не отрицает, но не придает этому большого значения. Но конкуренты озвучили цифры, вызывающие немало вопросов. Долги «Метапроцесса» перед подрядчиками – порядка 350 млн руб., по аэродрому – 50 млн руб., по зарплате – 70 млн руб., кредиты за оборудование – 65 млн руб., а также долг перед «Грознефтегазом» – 200 млн руб. В сумме получается 735 млн руб. при выручке группы компаний в 2010 году, по словам Лятса, около 1 млрд руб. «Неправда, – комментирует финансовый результат Марк Богослов, – если он считает, что людей «кинул» на миллиард, тогда можно расценивать, что миллиард за год сэкономил».

По всем этим долгам были поданы иски в суд, заявления в прокуратуру, однако на большинство из них пришли отказы. Обвинители разводят руками и считают, что тут вновь дело в связях. Неспроста с 1998 года Кирилл Лятс издает еженедельную общественно-политическую газету «Кворум», которая бесплатно распространяется в Госдуме и Совете Федерации. Прибыли ему это занятие не приносит, зато круг полезных знакомств растет. «Бизнес – как игра в шахматы, и пока у тебя есть король, шанс еще есть», – уверяет Лятс.

 

НЛО для президента

Кроме установок по переработке ПНГ, Кирилл Лятс увлекается дирижаблестроением. В группу компаний «Метапроцесс» входит фирма «Локомоскай», занимающаяся проектированием и строительством воздушных судов. Именно это направление является основной причиной задолженностей «Метапроцесса». «Главная проблема Лятса – его страсть к дирижаблестроению. Он вложил слишком много денег в производство и не рассчитал, – рассуждает Рауф Юнусов. – Тем более что это пришлось на период кризиса, когда заказы ушли, деньги, соответственно, тоже, и теперь «Метапроцесс» теряет кадры».

Любовь к дирижаблям у Лятса впервые проявилась в 2005 году. Он начал на собственные средства издавать специализированный журнал «Вестник воздухоплавания». Судя по всему, одной из целей было лоббирование во властных кругах производства дирижаблей. Удача улыбнулась Кириллу Лятсу: первый номер журнала попал в руки Дмитрию Медведеву и Владимиру Путину. Главным лицам государства идея строительства дирижаблей для перевозки тяжелых грузов понравилась, и первая программа по созданию летательных аппаратов была утверждена. В проект в Ульяновской области планировалось инвестировать 2,5 млрд руб., из которых 300 млн руб. – деньги областного бюджета. Необычной задумке не суждено было осуществиться. Население области стало возмущаться тратой денег на «журавля в небе», против выступили представители регионального отделения КПРФ. История с дирижаб­лями была использована ими как один из основных козырей в борьбе с главой региона. В результате проект заморозили, но Лятс руки не опускает и планирует заниматься этим направлением, но в другой области. На его взгляд, дирижабли идеально подходят для транспортировки тяжелых грузов в труднодоступные места, в частности, на месторождения, расположенные на Крайнем Севере.

Стратосферные дирижабли способны перевозить грузы весом до 1000 тонн и даже могут заинтересовать военных – они недосягаемы для истребителей и наземных систем ПВО. В США, например, в подобные проекты инвестируются миллионы долларов. В России дирижаблестроением занимается всего несколько коммерческих структур, среди которых Долгопрудненское конструкторское бюро информатики, созданное еще во времена СССР, и компания «Авгуръ», работающая на рынке около 20 лет.

Дирижаблестроение в глобальном плане на данный момент только возвращается из небытия, действующих летательных аппаратов насчитывается во всем мире чуть больше 20, из них семь произведено «Авгуром». «Локомоскай» такими достижениями похвастать не может. Кирилл Лятс остановился на покупке базы «Киржач-Д» с двумя дирижаблями. «Мы в шутку называем между собой эту компанию «Лохомоскай, – иронизирует Михаил Талесников, вице-президент «Авгура». – Тот проект в Ульяновске – афера чистой воды, целью которой являлось разбазаривание бюджетных денег».

Чем закончится история с дирижаб­лями, пока непонятно, но Кирилла Лятса проблемы не останавливают. «Иногда я сожалею о том, что не продал компанию, когда была возможность, – сетует он. – Но эти годы принесли опыт, и нет смысла оглядываться назад».


Резюме Кирилла Лятса

Год рождения: 1970

Образование: 1987–1992 – студент социологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова;

1992–1995 – аспирант МГУим. М.В. Ломоносова

Опыт работы: 1992–1994 – вице-президент финансовой компании «Нефтяной инвестиционный дом»,

1994–2004 – директор департамента нефтегазового оборудования Объединенные машиностроительные заводы,

2002–2004 – председатель совета директоров ВНИИ буровой техники,

2002–2004 – генеральный директор ЗАО «ОМЗ – Нефтеперерабатывающее, емкостное оборудование»,

2004 – по настоящее время – генеральный директор группы компаний «Метапроцесс»

Семейное положение: женат, трое детей


 

 

 

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: