Реформа системы правосудия, по замыслу властей, коснется не только тех, кто сажает людей в тюрьмы, но и тех, кто должен их оттуда вызволять

Летом прошлого года оперативники накрыли элитный бордель в центре Москвы. Девушек взяли прямо за работой, а против хозяйки борделя возбудили уголовное дело за организацию притона. Оно, впрочем, вскоре развалилось прямо в суде. Неожиданно для всех хозяйка предъявила адвокатское удостоверение и заявила, что расследование в отношении нее проведено незаконно, поскольку она спецсубъект права. Собеседники Newsweek в московском следственном комитете искренне недоумевали. Историй, когда девушки обслуживали клиентов в тюрьмах под адвокатским прикрытием, было много, но все это прекратилось давно, в 1990-х.
Оказывается, нет. Теневой адвокатский бизнес – и его крайние проявления вроде девушек с удостоверениями – никуда не делся. Возбудить или закрыть уголовное дело, посадить или отпустить из СИЗО, переквалифицировать обвинение на более тяжкую или мягкую статью – это малая часть услуг, которые оказывают некоторые следователи, прокуроры и судьи. Им, конечно же, нужны посредники, и на эту роль идеально подходят адвокаты. В профессиональном сообществе таких адвокатов называют «черными» (по аналогии с археологами). По данным СКП России, три года назад были осуждены 52 адвоката, а в прошлом году – уже 168. Чаще всего их обвиняют в мошенничестве и коррупции.
Теперь Министерство юстиции предлагает составить рейтинг адвокатов, чтобы люди знали, кто есть кто. «Некоторых адвокатов страшно не то что в суд, но и за водкой послать», – недавно заявил глава Минюста Александр Коновалов на одной из министерских коллегий, где обсуждалась реформа адвокатуры. «Это каждый второй», – еще более категоричен депутат Владимир Плигин.
Адвокаты утверждают, что их «черные» коллеги – порождение самой правовой системы. «Всякая организация имеет право на своих мерзавцев, – говорит президент Адвокатской палаты Москвы Генри Резник. – Но только адвокаты взяток не дают и не берут – они их носят, потому что берут их те же следователи СКП и МВД. И пока они берут, им будут носить».

ВЕРБЛЮДЫ, ПОЧТАЛЬОНЫ И ПЕЙДЖЕРЫ

На прошлой неделе в Главном следственном управлении ГУВД Москвы прошли обыски – оперативники подозревали своих коллег в вымогательстве. Поводом для обыска стало задержание адвоката из Твери, который пообещал помочь потерпевшим от рейдерского захвата за $150 000. Адвокат утверждал, что эти деньги пойдут в качестве взятки следователю. «Карманный тверской адвокат – просто передаточное звено», – говорит руководитель Федерального информационного центра «Аналитика и безопасность» Руслан Мильченко. В криминальном мире таких адвокатов называют «верблюдами», «почтальонами» или «пейджерами». В Следственном комитете при прокуратуре (СКП) говорят, что каждый третий адвокат занимается тем, что носит деньги нужным людям.
В августе 2009 года в УФСБ по Москве и Московской области пришел глава столичного ООО «Компания “Союз-Инвест”» Илья Колеров. Три года назад он выиграл конкурс и купил в Белгородской области завод по производству упаковок для стройматериалов. Сразу после этого местное УВД возбудило против него уголовное дело по статьям «Уклонение от уплаты налогов» и «Мошенничество».
«На одном из допросов следователь порекомендовал бизнесмену местного адвоката Василия Бородаенко, с которым тот и стал работать», – рассказывает сотрудник столичного управления СКП. В мае прошлого года адвокат приехал в Москву и предложил бизнесмену навсегда решить его проблемы за 2 млн рублей. Предприниматель поверил юристу и отдал первый миллион. Второй миллион он вручал уже под контролем оперативников ФСБ. Как выяснили следователи, адвокат не собирался никому передавать деньги и не мог повлиять на судьбу уголовного дела. Бородаенко обвинили в покушении на мошенничество, и в конце прошлого месяца его дело передали в Басманный суд Москвы.
В январе при получении взятки в миллион рублей был задержан московский адвокат Евгений Рубцов. За два дня до его ареста в СКП по Москве пришла жена одного из зеленоградских бизнесменов, недавно осужденного за мошенничество. Его дело расследовали сотрудники УВД Зеленограда. Женщина рассказала, что против ее мужа хотят возбудить новое уголовное дело по дополнительным эпизодам. Закрыть глаза на эти эпизоды, продолжала она, следователь готов за 1 млн рублей.
Все переговоры шли через адвоката Рубцова. Сразу после задержания он заявил, что был лишь посредником, а деньги предназначались начальнику СУ УВД Зеленограда майору милиции Дмитрию Матвееву. Матвеева задержали, когда Рубцов привез ему деньги.
Вскоре в Москве был арестован еще один адвокат. Сотрудник адвокатской коллегии «Контур» вместе с двумя сыщиками из ОВД «Орехово-Борисово Северное» вымогал у своего клиента 300 000 рублей. За эту сумму адвокат обещал помочь в переквалификации уголовного дела на более мягкое.
«Еще адвокаты зарабатывают на жизнь тем, что с помощью удостоверения посещают следственные изоляторы и носят зэкам запрещенные вещи: наркотики, мобильные телефоны, записки», – говорит Владимир Жеребенков из Межрегиональной коллегии адвокатов «Закон и человек». Сотрудник СИЗО «Матросская Тишина» рассказывает, что часто адвокаты просто приходят развлечь богатого клиента. «У них порой бывает до двадцати адвокатов. Парочка матерых действительно работают по делу, а остальные ходят байки травить, чтоб клиенту скучно не было», – говорит он.

НИКАКИХ ГАРАНТИЙ

Москвич Сергей Дядюнов сидит в СИЗО больше года – его обвиняют в экономическом преступлении. «Мало того, что муж даже не был знаком ни с кем из своих “подельников” и его подписи нет ни на одном документе, он еще до ареста проходил серьезное лечение – у него асептический некроз головок тазобедренных костей», – говорит его жена Екатерина. В СИЗО состояние Сергея резко ухудшилось, продолжает Екатерина, он не может ходить без костылей, и ему нужна срочная операция, которую невозможно сделать в тюремной больнице.
Екатерина Дядюнова стала писать президенту Медведеву: «Мы просили применить к Сергею любую другую меру пресечения, но следователь считает, что он может скрыться». Между тем против одного из следователей, занимающегося делом Дядюнова, было возбуждено уголовное дело – его обвиняют в вымогательстве взятки с коммерсанта.
Сначала «закрыть», а потом просить деньги – одна из распространенных доходных статей сотрудников милиции, на условиях анонимности говорит адвокат-«почтальон». «Обычно с человека требуют не меньше $50 000. В некоторых случаях цена вопроса достигает $0,5–1 млн, – рассказывает адвокат. – При этом деньги-то возьмут, но никаких гарантий все равно не дадут».
«Недавно был такой случай: доверенные лица передали деньги, а человек остался за решеткой», – приводит пример другой адвокат. Сумма якобы составляла как раз $1 млн. Есть масса способов оставить человека за решеткой. Самый популярный – переквалифицировать обвинение на более тяжкое.
Еще более серьезная проблема – «заказ на посадку». Тут никакие деньги не помогут, утверждает адвокат Сергей Бровченко. В 1997 году его самого обвинили в хранении четырех килограммов кокаина и осудили на девять лет. За 2402 суток, проведенных за решеткой, адвокат написал 1114 различных жалоб и дважды добивался отмены приговора.
Подброшенные пакеты с кокаином были с бирками РУБОП, вспоминает Бровченко: «Если я, опытный юрист, ничего не смог сделать, что говорить о тысячах простых людей, которых вообще никто не слушает». В декабре 2008 года Европейский суд по правам человека признал, что Бровченко арестовали незаконно. Теперь он добивается полной реабилитации в президиуме Верховного суда.

ЧЕРНЫЙ СПИСОК

В 2006 году у москвички Нины Морозовой умер муж, и ей досталась квартира по завещанию. Но родители мужа, с которыми он не общался 20 лет, сразу заявили о своих правах на эту жилплощадь. Морозовой потребовалась помощь юриста. «Я пересмотрела кучу сайтов в интернете и наткнулась на один очень симпатичный и солидный – фирма называлась ООО “Линия защиты”. Первую консультацию обещали бесплатно», – рассказывает она.
Офис фирмы тоже выглядел солидно: на входе охрана, в комнате переговоров – десятки грамот и дипломов и огромный портрет актера Андрея Соколова, секс-символа времен перестройки, сыгравшего в культовом фильме «Маленькая Вера». В 2000-х он прославился ролью честного и неподкупного адвоката Зимина в сериале «Адвокат».
За ведение дела с Морозовой взяли 50 000 рублей. «Сначала со мной по телефону разговаривали разные “адвокаты”, а потом обо мне просто забыли», – рассказывает она. Иск, который нужно было подать в течение трех месяцев, адвокат подал лишь через семь, когда все сроки уже были пропущены, а дело проиграно.
Летом прошлого года УБЭП Северного округа Москвы возбудил уголовное дело по факту мошенничества. Все 42 пострадавших пришли из-за Андрея Соколова, говорит другая жертва юристов Елена Васильева. Она отдала 75 000 рублей, но помощи так и не получила. Во время обыска оперативники нашли в офисе табличку «Андрей Соколов, председатель совета директоров юридического бюро “Линия защиты”».
Три года назад в одном из интервью Соколов не скрывал, что организовал свое юридическое бюро. Он рассказывал, что раньше он никогда не думал, что «гражданский кодекс такой интересный», а «юридические услуги такие дорогие». «К сожалению, произошла нехорошая история», – признает теперь Соколов в разговоре с Newsweek.
Пострадавшая Елена Васильева уверяет, что дело сейчас всячески пытаются спустить на тормозах. Как удалось выяснить Newsweek, по этому делу никого не задержали, а возбуждено оно «против неопределенного круга лиц». Отчаявшись получить свои деньги назад, жертвы «Линии защиты» и других аналогичных контор составили свой черный список адвокатов и вывесили его в интернете. «Мне тоже приходилось сталкиваться с адвокатами-мошенниками, – говорит Соколов. – Но понимаешь это не сразу, а лишь эмпирическим путем».
Президент Гильдии российских адвокатов Гасан Мирзоев говорит, что к нему приходит много жалоб пострадавших от лжеюристов. При этом, по его словам, клеймить всех адвокатов не стоит – тысячи профессиональных юристов оказывают помощь за копейки или вообще бесплатно.
В то, что «черные» адвокаты это исключение, бывший питерский юрист Оксана К. уже не верит. «В уголовном процессе адвокату часто не нужен ни интеллект, ни профессионализм, ни какие-либо иные рабочие качества, кроме умения “носить конверты”», – считает она. Отработав 15 лет защитником, Оксана разочаровалась в профессии и полгода назад вышла из адвокатуры.

Читайте также
Пеня дней

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *