Судебное свершение

Суд отменил результаты скандальных выборов мэра Дербента. Это значит, что под президентом Дагестана Муху Алиевым закачалось кресло
Прошедшие 11 октября выборы мэра Дербента напоминали маленькую гражданскую войну. ОМОН блокировал избирательные участки. Чтобы пройти к избирательной урне, надо было показать специальный календарик с изображением кандидата Феликса Казиахметова и номером голосующего на обратной стороне. Это значило, что избиратель благонадежен. Журналистов, которые снимали этот процесс на камеру, избивали резиновыми дубинками. 23-летний житель Дербента Махмуд Ахмедов вступился за телевизионщиков, и ему прострелили ногу. Там, где голосование шло не в пользу Казиахметова, избирателей разгоняли гранатами со слезоточивым газом.
«Полный беспредел. И самое неприятное – мы ведь предполагали, что так и будет», – говорил Newsweek собеседник в Кремле на следующий день после тех событий. В Москве были недовольны, но наделавшую шуму историю, как тогда казалось, замяли. Победителем объявили Феликса Казиахметова, действующего мэра Дербента и ставленника президента Дагестана Муху Алиева. Глава ЦИК Владимир Чуров признал выборы состоявшимися, а про раненых из огнестрельного оружия избирателей сказал: «Ну, народ горячий». Чуров, конечно, не ожидал, что через пару недель ситуация перевернется с ног на голову.
3 декабря Джамбулат Гаджиев из Дербентского городского суда стукнул молотком и огласил решение: данные протоколов по всем 39 участкам, а также итоговый протокол избирательной комиссии Дербента признать недействительными. Итоги выборов были отменены – очень редкий случай для России, а для Дагестана так вообще прецедент. Конфуз случился как раз в тот момент, когда в Кремле решали вопрос, кому из пяти официально предложенных «Единой Россией» кандидатов передать лидерство над республикой. Главный козырь Алиева – умение расставлять своих людей на ключевых постах – впервые сыграл против него.
В Махачкале по-разному объясняют, что произошло. Это Кремль в последний момент передумал поддерживать Алиева, говорят одни. Кто-то уверен, что на судью Гаджиева повлиял Имам Яралиев – один из кандидатов, проигравших выборы в Дербенте. Это тонкий ход давно конфликтующего с Алиевым миллиардера Сулеймана Керимова, считают другие. Эту версию поддерживают и собеседники Newsweek в Кремле.
«Не втягивайте меня в политику, я руководствовался исключительно юридическими соображениями», – говорит Newsweek сам Гаджиев. В любом случае это решение далось ему нелегко. «На Гаджиева давили со стороны Алиева и Казиахметова. Были угрозы вплоть до физической расправы», – рассказывает местный правозащитник Мурадхан Рабаданов.
С требованием отменить итоги выборов в суд обратились кандидаты Эльхан Казимов и Салих Рамазанов. У обоих не было ни малейшего шанса на победу вне зависимости от того, были нарушения или нет. Но судья решил, что изложенные в жалобах факты действительно имели место. Казимов и Рамазанов утверждали, что пенсии накануне выборов выдавались в обмен на заявления о досрочном голосовании. Одних пенсионеров не хватило бы, жаловались Казимов и Рамазанов, поэтому учителя и милиционеры обходили избирателей и платили по 1000 рублей за подписанный бланк о досрочном голосовании. В итоге досрочников было более 30%. Разумеется, бюллетени при досрочном голосовании вбрасывались в пользу Казиахметова.
Судья также счел, что кандидатам незаконно отказывали в регистрации, а на тех, кто все же зарегистрировался, давили, требуя, чтобы они сняли свои кандидатуры. Признал судья и тот факт, что 13 участков были закрыты в день выборов, а 12 работали с перерывами. И что 20 000 из 63 000 включенных в списки избирателей не голосовали потому, что ОМОН блокировал участки в старом городе, где азербайджанское население не поддерживало выдвинутого Алиевым кандидата. Наконец, факты похищений и избиений Гаджиев тоже признал.
Корреспондент Newsweek встретился с председателем избиркома участка №30 Мурадом Мурадовым. За день до выборов его похитили вооруженные молодые люди в спортивной одежде: «Меня скрутили на участке, избили и потащили в штаб Феликса Казиахметова, он находился прямо через дорогу, там опять били, потом вывели на улицу, засунули в багажник джипа и отвезли в районную администрацию в кабинет замглавы района Султана Султанова». Там, по словам Мурадова, с ним беседовал ни много ни мало сам глава дагестанского правительства Шамиль Зайналов. Мурадов утверждает, что Зайналов угрожал ему, обвиняя в попытке фальсифицировать выборы.
Мурадов понимает, за что ему так досталось: днем раньше он обнаружил на своем участке каких-то женщин, заполняющих в пользу Казиахметова сотни выданных для досрочного голосования бюллетеней. Председатель участка сразу же написал заявление в территориальный избирком и первым таким образом придал огласке факт фальсификации. Первым, но не последним. Жалобу подал и главный оппонент Казиахметова Имам Яралиев. Ее выделили в отдельное судопроизводство, но судья Алиахмед Багиров отложил заседание до середины декабря.
Вскоре последовала и реакция на решение судьи Гаджиева: глава республиканского избиркома Магомед Дибиров пообещал опротестовать скандальное решение в Верховном суде Дагестана. Он утверждает, что в дербентском суде грубо нарушили закон: на заседании отсутствовал один из ответчиков – председатель дербентского избиркома Беньямин Шартилов. «Он лежит в больнице с ишемической болезнью сердца, и ему нужна срочная операция с коронарным шунтированием», – объяснял Дибиров. Хотя уже на следующий день после судебного заседания Шартилов маршировал по коридорам городской администрации, успевая на ходу кушать хурму и уклончиво отвечать на вопросы корреспондента Newsweek. Через пару дней главу дагестанского избиркома поддержал и президент Алиев, пообещав обжаловать решение суда в высшей инстанции.
На самом деле не факт, что Верховный суд Дагестана примет решение, устраивающее Алиева. Его председатель Анвар Магомедов достиг предельного для этого поста возраста: ему 70 лет, и его полномочия истекают 31 декабря. Так что это его последний процесс, и бояться ему уже нечего. Кроме того, он – представитель старой даргинской элиты, человек из команды противника Алиева Магомедсалама Магомедова. Магомедсалам, сын экс-главы Дагестана Магомедали Магомедова, ранее занимал пост председателя республиканского парламента, а теперь входит в пятерку претендентов на должность будущего главы республики. Входит в эту пятерку и Алиев. Любое ослабление позиций президента увеличивает шансы Магомедова занять его кресло.
Алиеву не имеет смысла и тянуть с рассмотрением вопроса в Верховном суде – ждать, пока Магомедов уйдет на пенсию. Следующим судьей скорее всего станет Мухтар Омаров – представитель еще одного даргинского клана, во главе которого стоит мэр Махачкалы Саид Амиров. Амиров тоже претендовал на то, чтобы стать кандидатом в президенты, но его не включили в список. Амиров – один из самых ярых противников действующего президента. В начале года, когда Алиев стал активнее проводить свою кадровую политику, местные эксперты уверяли: если его оставят президентом, он возьмется и за Махачкалу. Так что переназначение Алиева для Амирова – вопрос политической жизни или смерти.
Учитывая сложную ситуацию в республике, Кремль многое прощал дагестанскому лидеру. В начале года Москва закрыла глаза на то, что ее назначенца на должность главного дагестанского налоговика вышвырнули из республики только потому, что он протеже Сулеймана Керимова. В октябре Алиеву позволили отодвинуть Имама Яралиева, который также пользовался поддержкой миллиардера. Все это издержки сложившейся в Дагестане системы, считали в Кремле, но ситуация под контролем. Теперь оказалось, что никакого контроля нет.
Если дербентская история выйдет за пределы Дагестана, ее придется решать уже в Верховном суде России. Перевыборы в Дербенте, если будут назначены, скорее всего пройдут уже после того, как в конце февраля в Дагестане будет утвержден новый лидер. Но уже ясно одно: позиции Алиева, которые казались вполне крепкими, пошатнулись.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: