Страховая кампания

На Кавказе ходят слухи о тайных «эскадронах смерти», которые убивают боевиков и их пособников. Newsweek провел собственное расследование

Директор ГТРК «Дагестан» Сулайман Уладиев приехал на встречу с корреспондентом Newsweek за рулем служебного автомобиля и без охраны. «Отпустил шофера – не хочу, чтобы погиб посторонний человек», – объяснил он. В начале сентября Уладиев узнал, что попал в расстрельный список. Его имя было в листовке, которую распространили в Махачкале неизвестные от имени «родственников погибших милиционеров». Они грозили расправиться с боевиками и их пособниками. В этот черный список попали известные в Дагестане люди: адвокаты, журналисты и правозащитники. Всего 16 человек.
Президент Дагестана Муху Алиев потребовал от силовиков обеспечить их безопасность, но охрана ни для кого из них выделена не была. Тем временем авторы листовки доказывали, что не шутят. Например, взяли на себя ответственность за похищение пятерых молодых дагестанцев в конце августа. «Они заложили бомбу под пассажирский поезд», – утверждает листовка. Троих из них убили и сожгли, двоих отпустили. «Чтобы они рассказали всем о нашем существовании», – написано в листовке.
Эти люди заявили, что готовы противостоять как боевикам, так и «продажной политической элите». В Дагестане пошли разговоры про «эскадроны смерти» – некие тайные группировки, занятые репрессиями и убийствами. Слухи попали на благодатную почву: на Кавказе растет число похищений и внесудебных расправ. В организации «Матери Дагестана» утверждают: только за первую половину сентября в республике похищены 13 человек. В прошлом году похищений не было. То же самое происходит и в соседней Ингушетии. Расследование Newsweek показало: «эскадроны смерти» – всего лишь красивое прикрытие, за которым, скорее всего, стоят местные оперативники.

КУЧЕРЯВЫЙ И ТРИ АХМЕДА
Появлению листовки предшествовал целый ряд интересных событий. 23 августа были похищены братья Арсен и Артур Бутаевы – молодые люди из зажиточной семьи, которая жила торговлей лакокрасочными материалами. Арсен вспоминает: на окраине Махачкалы неизвестные в гражданской одежде и масках вытащили его с братом из машины и затолкнули в пассажирскую «Газель». Там уже сидели трое других похищенных: Ислам Аскеров, Амираслан Исламов и Гаджи Гудалиев.
Всем натянули мешки на головы и отвезли в какой-то подвал. Там их избивали и требовали то подбросить бомбу в мечеть, то застрелить остальных в обмен на свою свободу. Потом их перевезли в другое место неподалеку от поселка Зеленоморск. Похищенных пересадили в машину Бутаевых, облили ее бензином, а самих молодых людей – хлороформом.
Ислам Аскеров сознание не потерял. Он отбросил взрывпакет от машины и вытащил из салона Арсена Бутаева. Остальных они спасти не успели: возвращались похитители – разобраться, почему не взорвалась машина. Ислам и Арсен бежали. Пару дней спустя автомобиль Бутаевых был найден с тремя обугленными трупами внутри.
Эта история переполошила весь Дагестан. В Махачкале прошли два митинга с требованиями остановить похищения и убийства. Оба раза демонстрантов разогнал ОМОН. Тогда активисты пригрозили, что на следующем митинге будут требовать уже отставки президента Дмитрия Медведева. Муху Алиев ждет переназначения. Испугался он или нет, но была создана межведомственная комиссия по расследованию случаев вроде того, о котором рассказывал Арсен Бутаев. Тут и появилась листовка.
«Обратите внимание: сначала собрали комиссию и подключили к расследованию ФСБ, а через несколько дней возникает эта листовка», – говорит Newsweek один из офицеров республиканского МВД, попросивший не называть его имя. Он считает, что листовка – ложный след: причастные к похищениям милиционеры просто переводят стрелки на мифических «родственников».
«Большинство жертв действительно связаны с подпольем, хотя бывают и ошибки, – утверждает источник в милиции, – но работающие по линии антитеррора не утруждают себя сбором доказательств, предпочитая просто допросить и убить». По его словам, в кулуарах республиканского МВД пошли разговоры, что больше всего усердствуют подчиненные «Кучерявого и трех Ахмедов». В Дагестане все знают, о ком идет речь. Четыре близких к силовым структурам собеседника Newsweek сразу сказали, кто это: начальник ГУВД Махачкалы Ахмед Магомедов и известные дагестанские силовики Ахмед Кулиев, Магомед Магомедов и Ахмед Баталиев.
Прокуратура Дагестана утверждает, что три обгоревших трупа в машине Бутаевых – это провокация боевиков. При этом, как выяснил Newsweek, уже через день после похищения Амираслана Исламова в его дом нагрянула транспортная милиция и провела обыск. По утверждению милиционеров, в доме были обнаружены чертежи взрывных устройств. А в листовке, которая появилась через несколько дней, как раз говорилось, что Исламов уничтожен за попытку теракта на железной дороге. Это очень подозрительно. В окружении Исламова не исключают, что он действительно был связан с экстремистами. Но похищенные вместе с ним братья Бутаевы никакого отношения к подполью не имели.

ЧЕРНЫЙ СЕНТЯБРЬ
Похищения часто списывают на боевиков – это общепринятая практика на Кавказе. В сентябре в разговоре с Newsweek президент Ингушетии Юнус-Бек Евкуров приводил примеры времен Второй мировой: «Вспомните, как немцы или украинские националисты переодевались в форму Красной Армии, а местные жители искренне верили, что это зверствуют красноармейцы». Глава Следственного комитета прокуратуры Дагестана Касумбек Амирбеков, докладывая своему президенту о пятерых похищенных 23 августа, сказал, что есть несколько версий, но подробно говорил только об одной – преступление совершили боевики, чтобы дискредитировать правоохранительные органы.
Правозащитница из комитета «Матери Дагестана» Светлана Исаева тоже попала в черный список «родственников милиционеров». По ее словам, силовики все чаще говорят про исчезнувших, что те «уходят к боевикам». Обычно этих людей вскоре находят изувеченными и убитыми и предъявляют общественности как террористов, которых с трудом удалось уничтожить.
По заявлению родственников штукатура Сиражутдина Умарова из поселка Мамедкала в милиции не стали заводить дело о его похищении. Он пропал 8 сентября. Напарники штукатура рассказывают: в день похищения ему позвонил местный милиционер Азер Мурсалов и вызвал для беседы. Встреча была назначена не в ОВД, а на трассе. Через неделю родственникам сообщили, что они могут забрать труп Умарова из Махачкалинского морга. МВД утверждает, что Умаров был убит во время спецоперации в Табасаранском районе.
Таких историй много и в соседней Ингушетии. Батыр Албаков работал в аэропорту Магаса. Этим летом к нему домой нагрянули неизвестные. Они представились сотрудниками Назрановского РОВД и увезли Албакова в неизвестном направлении. В милиции родственникам сообщили, что на задержание Албакова никого не отправляли и такого задержанного у них нет. А спустя 11 дней руководитель спецоперации в Сунженском районе депутат Госдумы Адам Делимханов сообщил, что Албаков убит в перестрелке близ села Аршты. Раны на теле Албакова свидетельствовали, что незадолго до смерти его жестоко пытали.
Даже в тех случаях, когда есть свидетели или другие улики, указывающие на них, милиционеры все равно предпочитают все валить на боевиков. В сентябре дагестанское МВД отреагировало только на два заявления о похищениях людей. Всего таких заявлений в этом месяце поступило 13. Но и в этих двух случаях силовики говорят, что речь идет либо об инсценировке, либо о провокации боевиков. Вряд ли это так.
Водителя маршрутного такси Рашида Гасанова задержали в Махачкале 8 сентября вооруженные люди в масках. Его жена Субигат Гасанова, узнав о похищении буквально через 15 минут, бросилась в РОВД Советского района с просьбой помочь и там же, во дворе отделения, наткнулась на маршрутку своего мужа. В тот же день в Дербенте пропал предприниматель Сиражутдин Шафиев. Местные таксисты видели, как его похищали, и даже успели сфотографировать похитителей и их автомобиль на мобильный телефон.
За день до исчезновения Шафиев встречался с Расулом Шамхаловым – имамом мечети в городе Избербаш. Имам рассказал Newsweek, что Шафиев передал ему четыре загранпаспорта и 240 000 рублей на подготовку четырех паломнических путевок на хадж в Саудовскую Аравию. «Седьмого Сирадж отдал мне паспорта и деньги, восьмого он пропал, а девятого меня вызывали в милицию и сотрудник шестого отдела Гапиз Исаев требовал, чтобы я отдал ему деньги и паспорта», – рассказывает Шамхалов. Он считает, что Исаев мог узнать об этом только в одном случае – если лично допрашивал похищенного.
А в Ингушетии 8 сентября пропал сотрудник салона связи «Диксис» Магомед Цечоев. По версии следователей, именно он мог продать сим-карту, которую позже нашли у террориста-смертника, совершившего покушение на президента Евкурова. Его родственникам в милиции намекнули: «Не лезьте в это дело, там все серьезно».

ОППОЗИЦИОННАЯ ВОЙНА
Попавшие в черный список дагестанцы уверены: беззаконие силовиков постепенно превращается в борьбу с инакомыслием. Директор ГТРК «Дагестан» Уладиев говорит, что членов расстрельного списка объединяет одно – «все [они] в свое время критиковали республиканское МВД или духовное управление республики». Уладиев не исключает, что авторы листовки вполне могут убить двух-трех человек, чтобы запугать остальных.
В Ингушетии пока обходится без листовок, но оппозиции там живется не легче. Машину известного оппозиционера Макашарипа Аушева недавно остановили для проверки документов. Проверяющие были на двух БТР и «Газели». Аушев рассказывает, что люди в масках пытались затолкать его в «Газель» буквально в нескольких сотнях метров от комплекса правительственных зданий. Спас его проезжавший мимо помощник премьер-министра Ингушетии Ибрагим Евлоев. Попытку похищения Аушев связывает со своей статьей, опубликованной 7 сентября. В ней он предлагал отправить в отставку руководителей всех силовых ведомств республики, а также распустить муфтият.
«Никто не будет расследовать похищения, такие расследования попросту опасны», – говорит глава ООО «Свобода слова» Гаджимурат Камалов. Этот известный в Дагестане предприниматель и общественный деятель тоже попал в черный список.
Дагестанцы кивают на соседнюю Ингушетию. В 2004 году проблемой похищений и бессудных казней занимался зампрокурора республики Рашид Одзоев. Через несколько месяцев он исчез. Машину Одзоева видели во дворе республиканского УФСБ, а отец пропавшего даже разыскал одного из захватчиков – им оказался местный фээсбэшник Руставел Султыгов. Аудиозапись с его признанием была отправлена в Ростов-на-Дону на экспертизу, но там отказались работать с пленкой, сославшись на отсутствие переводчика с ингушского. Три года спустя проблемами похищений ингушей занялся подполковник центрального аппарата ФСБ Алихан Калиматов, и в том же году его расстреляли на выходе из придорожного кафе на федеральной трассе «Кавказ».

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: