Совет да нелюбовь

У Ромы Белоусова, бывшего студента биофака МГУ, на столе лежит повестка в военкомат. Его еще осенью отчислили за академическую задолженность – не сдал практикум по физиологии человека и животных. До появления этого злополучного предмета в расписании в зачетке Белоусова были сплошные пятерки-четверки. А вот с практикумом не задалось, причем с самого начала. Парень наотрез отказался резать подопытных мышек и лягушек без наркоза. Руководство факультета гуманизм студента не оценило: сначала его полтора года отказывались переводить на следующий курс, а потом и вовсе отчислили. Белоусов хотел было судиться с факультетом, но денег на адвоката не нашлось.
Если бы Рома Белоусов учился в европейском вузе, немецком например, расходы на адвоката и судебный процесс компенсировал бы, как ни странно, сам университет. Ему надо было бы лишь обратиться в существующий при данном учебном заведении орган студенческого самоуправления и попросить юридической защиты. Но, скорее всего, до суда дело не дошло бы: представители студсовета имеют право еще на стадии принятия решения об отчислении блокировать или отсрочить указ. В случае если в защиту однокурсника выскажется еще пара-тройка чувствительных студентов-биологов, представитель студенческого самоуправления должен на заседании ученого совета факультета (или вуза) поднять вопрос о введении альтернативной практики. Если студентов соберется много, студсовет может обязать вуз выделить им помещение для собраний.
В России студенческого самоуправления нет. Или почти нет: единичные случаи, когда студентам удавалось отстоять свои права, скорее исключения, которые только подтверждают правило. У нас уже который год обсуждают возможность введения самоуправления, но все эти разговоры не находят отзыва у самих студентов. В поколении, возведшем стабильность в культ, нет ни капли революционности и бунтарства, которые обычно приписываются его передовому отряду – студенчеству. Российским студентам просто некогда отстаивать свои права – они карьеры строят.
Думский комитет по делам молодежи одобрил недавно поправки к законам «Об образовании» и «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», которые предусматривают формирование при вузах и сузах студенческих организаций, наделенных обширными полномочиями. Закон не обяжет ректоров создавать что-то искусственно, он лишь укажет им «не препятствовать» инициативе снизу. Правда, даже в продвинутой Бауманке в выборах председателя студсовета приняли участие лишь около 15% студентов. И это считается хорошим показателем. В других российских высших учебных заведениях ситуация еще плачевнее. «В нашем вузе активных студентов, тех, кто хочет взять от вуза больше, чем образование, не более 3%», – признает, например, председатель студсовета МГУ Андрей Андриянов.
Автор поправок, молодой депутат Максим Мищенко, лидер поддерживающей Путина «России молодой», надеется внести законопроект на рассмотрение Думы в начале июня. И не сомневается, что он будет принят. Общественные слушания поправок идут с начала года, законопроект обсуждался на многочисленных региональных круглых столах и межвузовских конференциях. Итоговые резолюции везде одинаковы – проект поддержать.
Максим Мищенко надеется расшевелить молодежь. По поколенческому исследованию ФОМа действительно выходит, что студенты значительно чаще, чем молодежь в среднем, выказывают готовность посвящать какое-то время добровольной неоплачиваемой работе, если она направлена на общественно полезные цели (29%). Интересуются политикой и общественной жизнью чуть больше половины опрошенных студентов, в то время как среди молодежи в целом эта тема увлекает только каждого третьего.
Правда, на деле интерес этот оказывается праздным: только 2% студентов хоть изредка, но посещают какие-либо политико-общественные мероприятия вроде демонстраций, митингов или пикетов и только 1% состоит в политических или общественных организациях. «Многие студенты уверены, что если их личные права будут нарушены, то проблему всегда можно решить за счет связей или денег, – говорит Наталья Зоркая, ведущий научный сотрудник Левада-центра. – А представление о каком-то солидарном отстаивании позиций довольно слабое».
По словам Сергея Комкова, главы Всероссийского фонда образования, апатичность и пассивность студентов – это, конечно же, отражение общественных настроений. «Но с другой стороны, это плод нашей работы в средней школе за последние 15 лет, – рассуждает он. – Школа прекратила выполнять воспитательные функции, а следовательно, прекратила заниматься социологизацией молодежи и приобщением ее к общественной жизни». По словам Комкова, вместе с деидеологизацией школы была выведена общественная работа вообще. «Студенты просто не знают, зачем и как участвовать в общественной жизни вуза, я даже не говорю о стране, – сокрушается он. – Они часто и не осознают, что у них как у студентов есть определенные права».
По прикидкам Комкова, всего 15–25% студентов можно назвать общественно активными – это те, кто готов продвигать в том числе и самоуправление. В Европе, по его словам, студенты намного активнее, а значит, и деятельность их эффективнее. «Могу привести в качестве примера Грецию, где недавно пытались ввести вступительные экзамены в форме, близкой к нашему ЕГЭ, – рассказывает он. – На улицу вышло до 90% студентов! Это были многотысячные митинги и шествия. К студентам присоединились преподаватели и родители. В итоге реформу системы поступления в вузы отменили».
Российские студенты к таким акциям, прямо скажем, не готовы. «Потому что видят, чем это чревато», – возмущается отчисленный из МГУ несостоявшийся микробиолог Роман Белоусов. По словам Белоусова, на факультете многие думают так же, как он, но боятся высказывать свое мнение вслух, особенно после его отчисления. «Все только и говорят об аполитичности и инертности студентов. А фактически, ты только вякни – сразу объявят врагом народа и экстремистом, – говорит Белоусов. – Студкомы и советы в нынешней форме иначе как “карманными” не назовешь. На компоте (комиссии по отчислению. – Newsweek) представитель студкома громче всех ратовал за мое отчисление, называл меня “предателем” – я, мол, сор из избы выношу».
Студсовет другого факультета МГУ, социологического, вообще обратился к ректору с просьбой об отчислении нескольких особо активных студентов «за аморальное поведение». Речь шла о членах так называемой OD Group, студенческого объединения, потребовавшего весной 2007 г. повысить качество обучения на факультете и улучшить бытовые условия для студентов. Изначально «быт» стоял в списке претензий студентов на первом месте. Они потребовали от администрации факультета объяснить, почему чай в студенческой столовой стоит 70 руб., а средний счет выходит почти как в городских кафе – ну никак не меньше 300 руб. Студенты устраивали акции протеста, раздавали листовки, собирали подписи. Когда о ситуации узнал ректор, чай подешевел до 70 коп. Окрыленные первым успехом, активисты пошли дальше: потребовали прекратить «реакционную пропаганду» (декан Владимир Добреньков имеет репутацию консервативно-православного и радикально-патриотически настроенного человека), чаще приглашать ведущих российских социологов-исследователей и зарубежных лекторов, отправлять студентов на стажировки на открытой конкурсной основе и включить в учебный курс новые учебники.
«Сначала ректор нас вроде поддерживал, – описывает ситуацию член OD Group Олег Журавлев. – Но в феврале 2008-го вдруг заявил, что вмешиваться в ситуацию не будет, и отправил нас к декану. После этого начались репрессии». После зимней сессии с соцфака были отчислены четыре активистки OD – Светлана Ерпылева, Екатерина Тарновская, Ольга Бушнева и Аэлита Забродина. До этой сессии девушки учились на «отлично» (корреспондент Newsweek видел их зачетки) и были уверены, что их специально «завалили». Двух девушек в апреле все-таки восстановили (но не из-за протеста однокурсников – это ректор Садовничий вмешался). Олег Журавлев еще осенью почувствовал давление со стороны администрации факультета и перевелся в другой вуз. «Я платил за учебу на соцфаке по $3500 в год. Неужели студенты не должны иметь право предъявлять требования к качеству товара, за который они платят?» – недоумевает он. На вопрос, почему группа не обратилась в студсовет факультета или вуза, Олег отвечает просто: «Они бы никогда против администрации не пошли».
Идеолог студенческого самоуправления Мищенко уверяет – пошли бы. Более того, он называет конкретные примеры, когда студенты «восставали» против администрации и добивались своего. В октябре 2006 г. в МГТУ им. Баумана был создан новый студсовет. Название осталось с 1990-х, статус изменился. Бауманский студсовет является, по словам его председателя Павла Дермера, полноценным элементом соуправления вузом. Это уже не просто некая общественная организация при вузе (подавляющее большинство нынешних студсоветов имеют именно такой статус), мнение которой ректор может при желании просто проигнорировать, настаивает председатель. Организация Дермера интегрирована в структуру вуза и встроена в систему управления наподобие ученого совета: орган участвует в принятии решений по всем ключевым студенческим вопросам – бюджет, стипендии, общежития, сессии и т. д.
Студсовет имеет возможность оказывать влияние на отчисление студентов, на продление им сессии, предоставление академических отпусков. «Мы имеем право как рекомендовать студента к отчислению (после смотра групп или сессии), так и спасти его. “Хвосты” ведь бывают не только у раздолбаев, – говорит Павел, сам аспирант 3-го года обучения. – У студента, может, мать болела, и он вынужден был в течение семестра постоянно во Владивосток мотаться. В ректорате об этом могут и не знать, они видят то, что на поверхности: студент завалил экзамен. Мы же знаем, почему он его завалил, и можем помочь». Представитель студсовета может прийти к проректору и сказать: вот этого человека отчислять не стоит, у него сложная ситуация в семье, вот этот поклялся, что исправится в течение следующего семестра, и студсовет за него ручается, а вот этот действительно лодырь. «Если мы не наглеем, то ректорат почти всегда идет нам навстречу», – говорит Павел.
Депутат Максим Мищенко, продвигающий законопроект о студенческом самоуправлении, во всем поддерживает бауманцев, большая часть которых – члены его «России молодой». Недавно он активно поддержал студентов МПГУ им. Ленина, возмущенных отказом администрации провести интернет в общежитие. И даже помог студентам РАМ им. Гнесиных, которых грозили выселить из вузовского общежития. Но вот соцфаковцев Мищенко поддерживать не хочет. «Да, учебный процесс должен быть предметом диалога и дискуссий. Но соцфак – отдельная тема. Я знаю этих ребят», – многозначительно улыбается молодой депутат. Потом он объясняет, в чем дело. Оказывается, на соцфаке ни о какой борьбе студентов за право на самоуправление речи идти не может. А всё потому, что в OD Group когда-то состояла Наталья Морарь – «ученица Альбац, бывший пресс-секретарь Касьянова». «Они просто хотят скомпрометировать декана Добренькова и вуз, – объясняет Мищенко. – Если бы там не было Морарь, я бы ребят, наверное, поддержал. Но если я знаю, что это организуют люди, получающие финансовую подпитку от определенных политических сил, то мне сложно поверить в их искренность».

САМИ УПРАВИМСЯ

Студенческое самоуправление существует на Западе уже более полутора веков. За это время система неоднократно менялась, права студентов становились все более широкими, а их обязанности все более серьезными. Сейчас почти все западные студенты так или иначе участвуют в общественной жизни своего вуза. Эксперты в один голос говорят, что именно студенческое самоуправление развивает в молодежи социальную ответственность. Наиболее развитые системы сейчас существуют в 5 странах.
Канада
Старейшее канадское студенческое общество с символическим названием Alma Mater было создано в Queen’s University в 1858 г. Сегодня в Канаде существуют две основные организации, объединяющие около 3 млн студентов. Федерации активно участвуют во взаимодействии студенческих союзов по всей стране и лоббируют интересы молодежи в образовательной политике государства. Руководство выбирают сами студенты. Сфера действий студенческих союзов весьма обширна – от издания газет и организации концертов и выставок до создания клубов, финансирования учебных и медицинских программ и организации небольшого бизнеса.

США

Объединения учащихся в вузах США называют студенческими правительствами или ассамблеями – по структуре, как правило, они повторяют американскую систему госуправления, с принципом разделения исполнительной, законодательной и судебной властей. Главные задачи студенческих правительств: представительство и защита интересов учащихся, финансирование общих мероприятий (концертов, парадов и т. д.), контроль за расходованием средств, выделяемых на жизнь в кампусах. Так, например, правительство Университета Колорадо распоряжается бюджетом в $30 млн. Формирование американской модели самоуправления началось в 1896 г. с создания студенческого союза в Университете Пенсильвании. Пять лет назад была учреждена профессиональная Американская ассоциация студенческих правительств, которая занимается исследованиями системы молодежного самоуправления, обучением кадров, оказывает информационную поддержку. Ассоциация вышла и на международный уровень – она помогала создавать студенческие правительства на Украине и в Албании.

Финляндия

Хотя первое студенческое объединение было создано в Университете Хельсинки в 1868 г., современная структура студенческого самоуправления в Финляндии начала формироваться только в начале XX в. В 1921 г. для защиты прав студентов, их финансовых и социальных льгот и улучшения условий обучения был создан Национальный союз студентов Финляндии – организация, объединяющая 145 000 человек в более чем 20 вузах страны. Членство в студсоюзах обязательно для обучающихся в бакалавриатах и магистратурах всех вузов Финляндии. Структура союза строится на парламентской модели – раз в два года учащиеся выбирают Генеральную ассамблею, которая полностью отвечает за студенческую жизнь. Студенческий союз назначает своих представителей во все административные органы вуза.

Германия

После Первой мировой войны в немецких университетах появились «общества поддержки» неимущим студентам, а на общем съезде 1921 г. было принято решение об обязательном учреждении подобных организаций в каждом вузе. Сегодня крупнейший Немецкий студенческий союз объединяет 2 млн учащихся из 61 университета Германии. Политика в отношении молодежного самоуправления в Германии регулируется региональным законодательством, хотя существует и общая структура. В крупных университетах студенты делегируют право формирования исполнительных органов студенческому парламенту, в небольших – выбирают прямым голосованием. Союзы занимаются оказанием социальной поддержки, организацией центров помощи в поиске жилья и работы, а также коллективных мероприятий.

Великобритания

Первыми собственную организацию создали учащиеся University College London еще в 1893 г. Сейчас таких организаций несколько сотен. Большая часть студенческих союзов или «гильдий студентов» входит в состав Национального союза студентов, членство в котором предполагает разнообразные льготы. Национальный союз насчитывает около 7 млн учащихся из 600 вузов и лоббирует интересы студенчества. Петиции, собравшие подписи 5% учащихся, выносятся на референдум. Руководство союза избирается тайным общим голосованием. Союз несет ответственность за расходование бюджета, который тратится в основном на организацию центров помощи, поиска работы, клубов по интересам, спортивных и развлекательных мероприятий, а также коммерческих предприятий, которые также становятся источником дохода студенческих сообществ.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: