Русско-латинский разговорчик

Легенда гласит, что Владимир Путин и Игорь Сечин подружились в Рио-де-Жанейро в 1990 г. – оба были в составе делегации Ленсовета, прилетевшей с визитом в город-побратим. Неизвестно, как два начинающих чиновника проводили в нем время. Известно, что зародившаяся под горой Корковадо дружба оказала существенное влияние на российскую историю. А теперь может повлиять и на латиноамериканский регион, в котором Советский Союз пытался закрепиться с 60-х годов, но так и не сумел расширить влияние за пределы маленьких плацдармов на Кубе и в Никарагуа.
Вице-премьер Игорь Сечин стал локомотивом новой попытки прорыва в Латинскую Америку. На этот раз плацдармом стала Венесуэла, где почти одновременно с Россией произошла смена вех. В декабре 1998 г. там к власти пришел полковник Уго Чавес. Через год в России началась эпоха Путина.
Как говорит источник Newsweek в МИДе, вокруг Венесуэлы «строятся основные контакты России в Латинской Америке». Все началось с торговли оружием: Чавес сразу обозначил себя как враг США, которые до тех пор были главным поставщиком военной техники в Венесуэлу. Пришлось искать альтернативы.

В 2006 г. США ввели официальное эмбарго на поставки оружия в Венесуэлу, и началась эпоха больших контрактов. Чавес приехал в Россию и торговался, чтобы Москва продавала оружие в кредит, а не за живые деньги. Россия поставила 200 000 автоматов Калашникова и собирается поставить еще 38 вертолетов и 24 истребителя. Как Чавес будет расплачиваться, до сих пор нет ясности.
Так или иначе, Чавес стал проводником российских интересов в Южной Америке. «Мы работаем с теми, с кем он дружит – с Боливией, Кубой и Бразилией», – говорит собеседник Newsweek. Но при этом, признается дипломат, никакой целостной доктрины присутствия России на континенте не существует. «С глобальной точки зрения понятно, зачем это нужно – чтобы злить Штаты», – утверждает он. Американцы, по его словам, на закрытых встречах прямым текстом называют это мелким хулиганством.

ПАСАРАН!

Правда, по мнению директора Центра анализа стратегий и технологий Руслана Пухова, шансов вернуть Лурдес у России немного. «Фидель и Рауль Кастро не хотят дразнить американцев – понимают, что с приходом Обамы могут произойти изменения», – говорит он. Избранный президент США раньше резко критиковал политику изоляции Кубы, но ближе к выборам сменил тон, чтобы не раздражать многочисленную кубинскую диаспору в ключевой для исхода голосования Флориде.
На прошлой неделе стало известно, что Рауль Кастро готов к переговорам с Бараком Обамой. Об этом Кастро рассказал в интервью актеру Шону Пенну за несколько недель до американских выборов. Анонс интервью появился как раз во время визита Медведева в Гавану. «Рауль понимает, что придется сдаваться Штатам, но хочет это делать на максимально выгодных условиях», – говорит источник в МИДе. Сближение с США происходит на фоне охлаждения отношений с традиционным союзником – Венесуэлой, считает видный венесуэльский оппозиционер Теодоро Петкофф. Рауль Кастро более прагматичен, чем Фидель, и дружба Гаваны с Каракасом, по словам Петкоффа, уже некоторое время носит декларативный характер.
А созданию базы в Венесуэле препятствует 13-я статья «боливарианской конституции», принятой по инициативе Чавеса. Она запрещает иностранные базы на территории страны. Правда, в Минобороны Венесуэлы Newsweek сообщили, что были бы рады подобным проектам, хотя и их пока нет в планах. «Думаю, шансы на создание базы нулевые, – говорит главный редактор журнала Moscow Defence Brief Михаил Барабанов. – В лучшем случае Венесуэла пригодна как порт захода. В принципе можно создать пункт материально-технического обеспечения как в сирийском Тартусе, но неопределенность будущего режима Чавеса делает любое положение любого российского объекта в Венесуэле очень шатким».
Принимая Дмитрия Медведева, Чавес прекрасно понимал, что в Кремле на него обижены. По словам источника в МИДе, во время августовского визита в Москву венесуэльский лидер клялся, что признает Абхазию и Южную Осетию. В Москве планировали парад признаний, но Чавес своих обещаний не выполнил.
Тогда в Москве заговорили об отмене визита эскадры. Сечин, по словам собеседника, настаивал, «что он наш, но у него сложная ситуация внутри страны и надо парня поддержать». Визит эскадры состоялся, но в итоге пойти Кремлю навстречу согласился только лидер Никарагуа Даниэль Ортега.
В отношениях с Чавесом были и другие трудные моменты. По словам источника в МИДе, именно Сечин уговорил венесуэльского лидера отказаться от сотрудничества с колумбийской повстанческой группировкой ФАРК. В Москве боялись, что поставленные Венесуэле автоматы попадут в руки повстанцев, которые удерживают сотни заложников и контролируют львиную долю мирового рынка кокаина.
Чавес в этом году действительно порвал с ФАРК, произведя настоящую сенсацию в Западном полушарии. Правда, ведущий венесуэльский эксперт по национальной безопасности Россио Сан Мигель не верит, что Россия сыграла в этом какую-либо роль. По ее мнению, главной причиной стала операция колумбийской армии на территории Эквадора, в которой был убит один из лидеров ФАРК. В его лэптопе были обнаружены неопровержимые доказательства связи группировки с руководством Венесуэлы.

БИЗНЕС-ПЛАНОВАЯ ЭКОНОМИКА

Дробжев считает, что у российского бизнеса в Латинской Америке пока еще есть некоторое преимущество перед американским. «Конечно, нам на руку, что их интеграция в регион в ряде стран тормозится», – считает бизнесмен. Впрочем, даже если Гавана восстановит отношения с Вашингтоном, это не означает, что Куба потеряна для российского бизнеса – большая часть кубинской инфраструктуры создана с помощью советских технологий, так что кубинцам так или иначе придется договариваться с Россией о «постгарантийном обслуживании». Сечин, по словам Дробжева, именно та фигура, которая сейчас нужна для решения этих задач: «Он свободно владеет языками, прекрасно знает менталитет, имеет дикую работоспособность и полностью адекватную реакцию».
Сейчас доля России в товарообороте стран региона не превышает 1%, а инвестиций и того меньше. Американцев действительно не приветствуют в ряде стран, но это не мешает им вместе с ЕС возглавлять список основных торговых партнеров Латинской Америки. «А некоторых наших бизнесменов Сечин чуть ли не из-под палки загонял в новые проекты», – говорит собеседник Newsweek в МИДе.
Владимира Агапова, главу крупнейшей золотодобывающей компании Венесуэлы Rusoro, никто из-под палки не загонял. «Многие бизнесмены, приезжающие сюда, подписывают письма о намерениях и уезжают домой, где ждут ответа из солнечной Венесуэлы. А надо постоянно здесь находиться и создавать лоббистские структуры. Только тогда хлеб с маслом будет», – объясняет Агапов свой успех. Он не скрывает, что политическое сближение России и Венесуэлы благотворно сказывается на его бизнесе: он начал его шесть лет назад, а сейчас компания владеет концессиями на 14,2 млн унций золота и стоит не меньше $0,5 млрд. «Законы жанра таковы, что политическая крыша для развития бизнес-отношений обязательна», – сказал Newsweek глава Росатома Сергей Кириенко. Он имел в виду прежде всего проекты в сфере атомной энергетики. На прошлой неделе Кириенко обсуждал с бразильцами планы совместной добычи урана.
Сергей Дробжев, только начинающий свой бизнес в Латинской Америке, видит проблему в нехватке опыта – как у частных компаний, так и у государственных. «Потерян институт международных отношений, не хватает людей с испанским языком. Их не хватает не только в компаниях, но и в ведомствах. Все это можно исправить – за 5–7 лет активной работы. Мы видели, как это делают китайцы». Надо отметить, что китайская экспансия в Латинскую Америку никогда не имела идеологической окраски. В результате Китай отвоевал значительную часть рынка и стал одной из самых популярных стран в регионе. Если верить социологам Latinobarometro, латиноамериканцы больше всего уважают Испанию, а 4-е и 5-е места в рейтинге популярности делят США и Китай. Россия в последнем опросе социологов не фигурирует.

Читайте также
Дворовые игры
Медвежий Уго

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: