Право на звук

Шум леса и пение птиц, песни военных лет, мелодичный джаз, драйвовый рок, непритязательный поп – чего только не услышишь в общественных заведениях. В магазинах, кафе и ресторанах с помощью музыкального оформления создают подходящую атмосферу.

Такой маркетинговый инструмент, как фоновая музыка, появился в России в начале 2000-х. Надо признать, что в основном в заведениях, особенно в расположенных далеко от крупных населенных пунктов, до сих пор включают радио или любимые песни сотрудников. Но в больших городах закон о защите интеллектуальной собственности перестает быть пустым звуком. Чтобы в заведении фоном играла музыка, приходится платить.

За развивающийся рынок (и соответственно – за клиента с деньгами) борются две силы: некоммерческие, но аккредитованные государством структуры РАО и ВОИС и коммерческие компании. Летом этого года стало известно, что Российский союз правообладателей (РСП), Российское авторское общество (РАО) и Всероссийская организация интеллектуальной собственности (ВОИС) готовят слияние. Новая структура будет называться «Профсоюз деятелей культуры «Российское авторское общество». Суммарные сборы трех организаций в 2013 г. составили 10 млрд руб.

По оценкам аналитиков компании «Бубука», одного из игроков рынка фоновой музыки, объем этого рынка составляет порядка 7 млрд руб. в год.

С РАО и без

Коммерческие компании предлагают три способа «озвучить» заведение. Первый и, наверное, самый «кустарный» способ – это создание интернет-радио, вещающего на заданное количество точек и зарабатывающего с помощью рекламы. Второй способ– предоставление системы, обеспечивающей звучание, но без контента, за разрешением играть выбранную музыку придется все равно идти в РАО. Третий способ – это прямое заключение договоров с исполнителями, то есть компания может предоставлять и техническую базу, и контент.

Компания «Техэндмелади» работает на рынке музыки для бизнеса пять лет. Весной этого года ее специалисты разработали технологию, позволяющую полностью контролировать музыкальное сопровождение в заведении: можно запрограммировать включение и выключение музыки в определенное время, громкость – все автоматизировано. Инвестиции в новую систему составили около 1 млн руб. «Техэндмелади» не владеет авторскими правами на контент. То есть у компании предусмотрено порядка 50 000 треков, из которых пользователь может выбрать готовые для трансляции форматы. Восновном это хиты из разных музыкальных жанров. Но клиенту «Техэндмелади» придется заключать договор с РАО. «У нас стабильный пул достаточно требовательных к музыкальному оформлению клиентов, – говорит владелец «Техэндмелади» СергейСтепанов.– Работаем мы по всей России, и наше основное конкурентное преимущество – это сильная и очень продуманная техническая платформа и тщательно отобранные композиции». За композиции «Техэндмелади» денег не берет– это позиционируется как подарок. Все отчисления получает РАО.

«Бубука», один из лидеров рынка, появилась в 2012 г. Она выросла из компании, которая занималась аудиорекламой в супермаркетах. Первоначальные инвестиции составили тогда около 5 млн руб. «Бубука» презентовала рынку новую технологию и новую услугу. «Мы тогда сделали первую версию облачной системы управления звуковым и видеоконтентом, – рассказывает владелец компании Дмитрий Пангаев.– Система позволяет любому желающему озвучить свой объект, причем подключается она в течение получаса. Управлять контентом можно из любой точки мира, где есть Интернет. На сайте можно в любой момент протестировать демоверсию. Правообладатели контента, в свою очередь, с помощью нашей системы могут отслеживать, где именно в данный момент играется их трек или прокручивается видео».

«Бубука» частично реинвестирует свою прибыль в развитие. По словам Пангаева, общий размер инвестиций сейчас составляет порядка 20 млн руб.

Одним из самых сложных для «Бубуки» стал этап заключения договоров с правообладателями, среди которых много зарубежных авторов илейблов. «К бизнесменам из России относились с недоверием, – рассказывает Дмитрий Пангаев. – Была и языковая проблема. Спредставителем одного из лейблов договаривались в письмах. Ячерез «Google переводчик» переводил с русского на английский. Потом выяснилось, что он через тот же Googleпереводил с английского на французский. Какое-то время мы терялись в догадках, но потом нашли правильный алгоритм действий. Сейчас мы начинаем работать и с авторами напрямую».

Именно это и отличает коммерческие компании от аккредитованных государством РАО и ВОИС, которые отказываются от подобной схемы работы. Буквально на днях Минкомсвязи выступило с инициативой по реформированию системы защиты авторских прав в России. Оно предложило полностью отказаться от бездоговорного коллективного управления правами. Но в РАОинициативу не одобрили. Можноосторожно предположить, что у структуры есть свои интересы и, возможно, планы на будущее. «По ощущениям, РАО готовится к тому, чтобы полноценно выйти на рынок,– сообщил «Ко» на условиях анонимности эксперт, знакомый с ситуацией.– Сейчас у них нет ни технической базы, ни специалистов, которые смогли бы грамотно структурировать такой большой объем контента. Да и инвестиций на все это у них нет. Поэтому РАО присматривается к компаниям, предлагающим технические решения. Найдут онисредства на слияние с такими компаниями или просто «спишут» чужие технологии – вопрос открытый. Но не попытаться зайти на рынок, который они всеми силами стараются держать под своим контролем, они не могут».

Нотная грамота

РАО берет деньги за то, что разрешает заведению проигрывать у себя треки. Организация не предоставляет никаких технических решений, не предлагает сформированный плейлист.

«Проще и эффективнее заключить договор непосредственно с РАО, так как круг авторов произведений, которые могут воспроизводиться в общественном месте, может быть достаточно широк (особенно если в магазине играет, к примеру, радиостанция), кроме того, авторами некоторых произведений могут быть иностранные граждане, в связи с чем разыскать автора и заключитьс ним договор можетбыть весьма проблематично, – считает юрист группы юридических иаудиторских компаний «СБП» Александра Тюрина. – Организация «РАО» вправе управлять правами и собирать вознаграждение как для тех правообладателей, с которыми у нее заключены договоры о передаче полномочий по управлению правами, так и для тех, с которыми не заключены. Сегодня РАО фактически защищает неограниченное число авторов произведений не только российских, но и зарубежных».

Но не всех участников рынка устраивает работа РАО. Недавно на сайте ВОИС появилось сообщение о том, что организация ищет свидетелей избиения генерального директора РАО Андрея Кричевского. А буквально через несколько дней проверку деятельности РАО начало Главное управление экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД России. Изанонимного источника поступилаинформация, что организация похитила средства из фонда авторского вознаграждения для приобретения объектов недвижимости и последующего их вывода через подставные фирмы. Предположительный ущерб противоправных действий составляет порядка 0,5 млрд руб. По мнению хореографа Натальи Касаткиной, члена Авторского совета РАО, анонимный источник, из-за которого началась проверка, – «обиженный человек, который хочет получить деньги за музыку, хотя его композиции не проигрывают по радио».

РАО, ВОИС и РСП, по сути, – три головы одного змея: у организаций фактически одна команда управленцев. Так, Сергей Федотов занимал должность гендиректора РАО и РСП; его первый заместитель в РСП Андрей Кричевский руководил ВОИС, состоял заместителем председателя совета директоров в РАО и работал гендиректором фирмы «Мелодия». А один из учредителей РСП– Союз кинематографистов режиссера-бизнесмена Никиты Михалкова. Так как все три организации негосударственные, процессы назначения руководителей регламентируются внутренними правилами и по факту никому не подконтрольны.

Надо отметить, что и РАО, и ВОИС, и РСП отнюдь не самые популярные организации как у авторов, так и у потребителей контента. Например, в 2014 г. из каталога РАО изъял свои песни поэт-песенник Илья Резник. Автор многочисленных хитов сообщил, что за год он получил от РАО за свое творчество всего 12 руб. и не видит смысла в работе с данной организацией.

«ВОИС – это узаконенный рэкет, – прокомментировал «Ко» деятельность организации владелец ресторана, пожелавший остаться неназванным.– Представители этой, с позволения сказать, окологосударственной структуры приходят в заведение и первым делом начинают угрожать штрафными санкциями и прочими неприятностями. А затем настоятельно предлагают заключить с ними договор». Не жалует РАО и тех, кто предпочел искать легальный контент в других местах.

«Заключив в 2014 г. соглашение с компанией «Бубука», мы сразу попали под огонь РАО и ВОИС, – поделилась опытом представитель Сибирской ассоциации гостеприимства Марина Безфамильная. – Вместо возможности цивилизованно расторгнуть договор наши рестораторы стали получать нелестные отзывы о потенциальном партнере и его представительствах, даже угрозы. Нам говорили, что компания нелегально предоставляет контент, запугивали штрафами, которые понесут предприятия, если откажутся от услуг аккредитованных организаций».

В интервью «Ко» владелец «Бубуки» Дмитрий Пангаев отметил, что ни одного суда по авторским правам его компания не проиграла.

«В «Снежной Королеве» мы весь путь поиска своего контента и его провайдера прошли от начала и до конца, испробовали несколько способов решения проблемы, – рассказала «Ко» соучредитель сети магазинов комиссионно-дисконтной торговли Agiotage Fashion Market, ранее – директор по маркетингу сети «Снежная Королева» Елена Кабанова. – Начинали с использования нераспространенной и неузнаваемой музыки, затем заказывали специально под себя музыку у композиторов и диджеев, выкупали на нее права, общались с Российской фонографической ассоциацией, когда количество магазинов в сети значительно выросло, провели тендер, попробовали несколько компаний. В итоге наиболее выгодным и безболезненным решением оказалось использовать так называемый «очищенный от авторских прав контент», благо его предлагается море! Мы сотрудничали с российскими и иностранными компаниями, и вторые оказались выгоднее и по цене, и в плане сервиса».

Сами представители РАО на вопрос о своих конкурентных преимуществах отвечать отказались – сослались на информацию на сайте. В разделе «Почему нужно заключать договор с РАО» читаем: «РАО имеет государственную аккредитацию в двух сферах коллективного управления; РАО имеет огромный опыт коллективного управления правами авторов в России и заслуженный международный авторитет. На территории России, в сферах использования произведений способом публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, радио или телевидению (в том числе путем ретрансляции), на основании государственной аккредитации и договоров с правообладателями РАО представляет интересы более 26 000 российских правообладателей. На основании международных соглашений со 117 иностранными авторско-правовыми организациями в 68 странах мира и государственной аккредитации – более 2 млн иностранных правообладателей. Репертуар РАО составляет 100% иностранных произведений, используемых (способом публичного исполнения) в России, и практически 100% отечественных, за исключением произведений, изъятых из управления РАО».

Но свято место пусто не бывает. Поэтому с начала 2000-х на российском рынке уже появились десятки компаний, предлагающих лицензионный аудио- и видеоконтент для публичной трансляции.

Борьба за музыкальный фон

Вмаркетинговом бюджете крупных сетей затраты на трансляцию лицензированного или очищенного от прав контента выглядят скромно. По словам Дмитрия Пангаева, от их услуг клиенты отказываются только тогда, когда прекращается сам бизнес. Тем острее борьба компаний за довольно устойчивый рынок.

С одной стороны, есть РАО и ВОИС и укоренившаяся привычка бизнеса «отстегивать» связанным с государством структурам. Но это еще полбеды. Коммерческие компании, предоставляющие контент для бизнеса, сильно зависят от курсов валют, ведь огромная часть контактов заключается с зарубежными исполнителями. «Из-за скачков курса валют мы, конечно, теряем прибыль, – признается Дмитрий Пангаев. – Но это не безвыходная ситуация. Будем больше договоров заключать с местными исполнителями. Кстати, сейчас появляется спрос со стороны ресторанов и кафе на народную музыку».

Еще один бич компаний, предоставляющих аудио- и видеоконтент– недобросовестная конкуренция. Если присмотреться к предложениям компаний, занимающихся фоновой музыкой для бизнеса, то вычислить конкурентные преимущества каждой довольно сложно. Все обещают большой выбор контента, отсутствие необходимости заключать договор с ВОИС и РАО и удаленное управление контентом. Затраты на музыку в месяц тоже примерно одинаковые – 2000–4000 руб.

По мнению участников рынка, сейчас в России есть «Бубука», предоставляющая техническую платформу и контент; «Техэндмелади», обеспечивающая только техническую платформу для звучания, и 5–6 относительно устойчивых компаний в регионах. Аеще– десятки компаний-однодневок. Один из признаков таких компаний – невозможность ознакомиться с контентом до заключения договора. Но с первого взгляда не распознаешь, кто есть кто.

«Часто такие компании при наезде РАО уходят в тень и оставляют пользователя один на один с этими акулами, – предостерегает Дмитрий Пангаев. – Мы же до последнего консультируем каждого нашего пользователя, защищаем, предоставляем документы, встречаемся с прокуратурой и даже отстаиваем их в суде. При условии, конечно, что клиент пользуется только контентом из нашей базы. Есть ряд компаний, которые собирают деньги и дальше уже никому не платят… На них часто жалуются зарубежные лейблы и очень настороженно относятся сейчас к новым партнерам из России. Либо могут подсунуть музыку сомнительного качества и количества, а деньги возьмут сразу за год. Ну и часто бывает так, что пользователь не получает от них никакой автоматизации и удобства, а просто флешку с музыкой и какой-нибудь убогой программой».

Участники рынка говорят, что рынок музыки для бизнеса будет расти, и надо быть готовым к появлению конкуренции.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: