Опасные связи

банк

“СБС-Агро” имел портфельные инвестиции в уставном капитале целого ряда российских банков” – так пиарщики Александра Смоленского отвечают на глубокомысленные выводы американских СМИ, сделанные в связи с обнаружением олигархического банка в числе акционеров “проштрафившихся” Собинбанка и “Фламинго”.

“Фламинго” – дитя отката

Термин “портфельные инвестиции”, конечно, не очень применим к покупке паев. А ведь “Собин” и “Фламинго” были паевыми, когда попали в сферу интересов “СБС-Агро”. Но и “стратегическими” эти вложения Александра Смоленского не назовешь. Ни в “Собине”, ни во “Фламинго” “СБС-Агро” формально никогда не принадлежало более 20%.

СБС был, в частности, всего лишь одним из пяти банков, купивших в 1995 году “Собин”. Помимо “СБС-Агро” паи банка приобрели тогда МДМ-банк, “Российский кредит”, “Империал” и НРБ. Правда, в начале 1998 года “Собин” акционировался. Есть основания полагать, что изначально Собинбанк принадлежал обанкротившемуся как раз в ту пору “Национальному кредиту”. Но хотя Смоленский немало поимел на банкротстве империи Олега Бойко, “Собин” едва ли следует целиком и полностью относить к “коллекции” Александра Павловича. Во всяком случае, интересы других пайщиков далеко не всегда совпадали с интересами “СБС-Агро”. Взять хотя бы эпизод осени 1996 года, когда “Империал” противостоял СБС в борьбе за Агропромбанк.

С “портфельной” терминологией “СБС-Агро” коррелирует и заявление пресс-службы МДМ-банка, в котором утверждается, что в 1996 году МДМ “по поручению одного из своих банков-корреспондентов, выступавшего в качестве заказчика, купил паи в банках “Фламинго” и ДКБ. Покупка паев в обоих случаях имела целью исключительно брокерское обслуживание этого банка-корреспондента и являлась разовой операцией”. Аналогичным же образом объясняет причастность своего банка к “Фламинго” и “Депозитарно-клиринговому” председатель правления “Собина” Александр Занадворов. Также не раскрывая заказчиков сделки, Занадворов поясняет, что это были выходцы из “одного из заметных московских банков”, который так и не смог оправиться после межбанковского кризиса 1995 года и в 96-м лишился лицензии.

Разгадывая ребус г-на Занадворова, можно назвать многих. Это и “Нацкред”, и “Мытищинский”, и Часпромбанк, и “Тверьуниверсал”. Стало быть, если руководствоваться изначальной порочностью “Фламинго” и ДКБ, организаторов “отмывания российских капиталов” следует искать не только в Кремле, но и в КПРФ. То-то Геннадий Андреевич все про Чубайса да про Чубайса. А про BONY молчок.

Но вернемся к нашим банкам. Практически сразу после завершения сделки по покупке неизвестными ДКБ и “Фламинго” “Собин” и МДМ, проводившие ее вместе (Занадворов даже на какое-то время перешел в МДМ-банк на пост зампреда), начали расходиться. МДМ потихоньку рос. А “Собин” в силу достаточно конфликтного состава пайщиков находился где-то на задворках первой сотни. И, возможно, действительно использовался совладельцами для выполнения некоторых деликатных поручений. Примечательно, кстати, что в ту пору он даже не имел счета в Bank of New York. И, как утверждает пресс-служба МДМ-банка, прибегал к помощи последнего для переводов в США. В частности, “в 1996 году 98% транзакций через корсчет МДМ-банка в Bank of New York на счета сторонних компаний, вовлеченных в расследование, было осуществлено по поручениям… Собинбанка, который исполнял поручения своих же клиентов”. О том, насколько этот пассаж адекватно отражает тогдашние и нынешние взаимоотношения “Собина” и МДМ, можно судить по реплике официального представителя Собинбанка, заявившего, что он “не считает возможным комментировать данное заявление”.

Если друг отказался вдруг

Действительно, отношения, установившиеся со временем между МДМ и “Собином”, лишь с очень большой натяжкой можно назвать партнерскими. В 1998 году, когда было проведено акционирование Собинбанка, МДМ отказался от своей доли. В дальнейшем его примеру последовал “Российский кредит”. Но это, видимо, было сделано под давлением послекризисных обстоятельств.

Остальные же банки, участвовавшие в капитале “Собина”, сохранили свои пакеты, хотя фактически их доли (в том числе и “СБС-Агро”) ужались до мало что значащих 8%.

Но игра стоила свеч. К тому времени “Собин” резко нарастил объемы бизнеса. Завязал контакты с Минфином, ГТК, правительством Москвы. Привлек в качестве акционеров “ЛУКойл” “Манежную площадь”, РКК “Энергия”.

Поговаривают, что успехам банка в немалой степени способствовало появление в его совете директоров влиятельного Александра Мамута. Не исключено, кстати, что его делегировал кто-то из банков, сохранивших участие в капитале “Собина”. Возможно, даже “СБС-Агро”.

Но, заметим, сближению с могущественными московскими чиновниками или бизнесменами вроде Леонида Краснянского (Управление внебюджетного планирования развития г. Москвы) или Умара Джабраилова (неформальный владелец “Манежной площади”) Мамут, по понятным причинам, вряд ли мог поспособствовать. Кстати, у самого Умара Алиевича тоже были кое-какие взаимоотношения с банком “Фламинго”. По крайней мере, когда Джабраилов покровительствовал банку “Российский капитал”, там трудились некоторые высокопоставленные “фламинговцы”.

Как бы там ни было, но уже к концу 1998 году Собинбанк по размерам собственного капитала оказался в пятерке крупнейших российских банков. И впоследствии так и был отрейтингован британским журналом The Banker. Многовато для банальной “денежной форточки”, не правда ли?

Однако, когда компания становится большой, за нее, во-первых, начинается борьба. А во-вторых, она начинает мешать конкурентам.

Что касается борьбы, то понятно, что на фоне всеобщей послекризисной банковской импотенции и в преддверии выборов любой дееспособный финансовый институт не мог не привлекать внимания противоборствующих группировок.

“Собин” нужен был и “семье”, и Москве. Однако осторожный менеджмент пытался, как и прежде, усидеть на двух стульях. И тогда Кремль стал параллельно подыскивать другого партнера.

Тут-то и обратили внимание на “собиновского” исторического “побратима” – МДМ-банк, который тоже набрал обороты после кризиса. И произошло это не в последнюю очередь благодаря тому, что счета в МДМ открыли многие угольные разрезы и ряд алюминиевых заводов. Сыграли свою роль и неплохие взаимоотношения руководства МДМ с некоторыми высокопоставленными бонзами ЛДПР. Как известно, среди приверженцев Владимира Жириновского встречается немало весьма авторитетных представителей упомянутых отраслей. Взять хотя бы гендиректора “КрАЗа” Анатолия Быкова.

С другой стороны, председатель правления МДМ-банка Андрей Мельниченко еще со студенческих времен знаком с президентом группы “Сибирский алюминий” Олегом Дерипаской. А являющийся костяком группы Саянский алюминиевый завод обслуживался в МДМ чуть ли не с момента основания банка.

В общем, МДМ-банк рос и явно жаждал большего. Тем более что основной конкурент – Собинбанк (по крайней мере по состоянию на июль 1999-го) существенно опережал МДМ по собственному капиталу и прочим показателям.

Так что альянс влиятельного Александра Мамута и амбициозного Андрея Мельниченко был предопределен. В августе Мамут возглавил наблюдательный совет МДМ-банка. Вскоре МДМ получил отобранные у МФК счета Энергетической таможни. Обозначился среди агентов по обслуживанию экспортных счетов Минатома, “Росвооружения” и др.

“Семья” же, в свою очередь, приобретала неформальный контроль над еще одним дееспособным банком. И, кроме того, возможность получать более достоверные сведения о состоянии дел в алюминиевой промышленности. (Как показывают события двухнедельной давности, для команды Березовского – Абрамовича это было крайне важно.)

Естественно, усиление “молодых” МДМ-банка и Собинбанка не могло вызвать радости у “стариков”. Особенно у тех, кто играл в другой политической команде и из-за этого с каждым днем все сильнее отдалялся от федеральных бюджетных ресурсов. Больше других страдал четко обозначивший свои политические пристрастия Владимир Гусинский. Поэтому всплывшие в связи со скандалом вокруг Bank of New York названия “Фламинго” и Депозитарно-клирингового банка оказались для него как нельзя кстати.

“Мостовские” СМИ тут же вспомнили об аффилированности “Фламинго” и ДКБ с Собинбанком и МДМ. Правда, поначалу “СБС-Агро” в этой связи почему-то никто не называл. Все шишки достались одному несчастному Мамуту. То ли Смоленского списали, то ли посчитали, что он еще пригодится.

Не особо акцентировали внимание публики и на том, что заклейменный Собинбанк помимо “семьи” связан еще и с любимой Юрием Лужковым “Манежной площадью”.

Сейчас прозорливые журналисты из The New York Times обнаружили и то и другое. Причем открытия эти в России вновь пришлись ко времени.

“Во всем виноват Чубайс”

И дело тут, смеем предположить, не столько в предстоящих президентских выборах. Подобно тому как негатив на “Собин” и МДМ всплыл на фоне таможенных разборок Мост-банка и грядущего тендера по продаже 9-процентного пакета акций “ЛУКойла” (МДМ-банк и Собинбанк входят в число уполномоченных МГИ по приему конкурсных взносов), нынешний скандал странным образом совпадает с алюминиевой сделкой Березовского и Абрамовича, атакой на РАО “ЕЭС России” и созданием Россельхозбанка.

Новые разоблачения позволяют Анатолию Чубайсу и его соратнику Олегу Дерипаске вывести МДМ-банк из-под опеки “семьи”. Вряд ли Андрей Мельниченко совсем не дорожит репутацией банка, чтобы в течение полугода два раза попадать под одну и ту же “раздачу”. Да и позиции команды Березовского – Абрамовича в Кремле сейчас весьма неопределенны.

Очередная атака на Собинбанк позволяет зацепить Юрия Лужкова, с которым у Владимира Гусинского заметно ухудшились отношения (медиа-магнату так и не удалось отобрать у Владимира Евтушенкова МГТС, а Мост-банк лишился бюджетных счетов столицы). К тому же появляется возможность скомпрометировать недружественное “Мосту” руководство РКК “Энергия” (еще один крупный акционер и клиент “Собина”).

Упоминание всуе имени Смоленского должно по крайней мере заставить Белый дом более настороженно относиться к предложениям банкира – как по Россельхозбанку, так и по передаче банкам группы “Союз” права принимать клиентские платежи естественных монополий.

Что ж, для решения конкурентных задач различных групп влияния это совсем неплохо. Беда только в том, что проблема утечки капиталов из России гораздо сложнее многочисленных “опасных связей” отечественных банков. На днях правительство официально признало, что “серый импорт” продолжается. Между тем “Фламинго” и ДКБ закрыты. А “Собин” с МДМ сейчас под таким колпаком, что тут не до шалостей. Даже если отбросить презумпцию невиновности и заподозрить эти банки в отмывании денег.

Что же получается? “Король умер, да здравствует король”? Или “королей” было много? У нас же все-таки демократия.

МДМ-банк

(аббревиатура от “Московский деловой мир”) основан в декабре 1993 года. В акционерное общество преобразован в сентябре 1997 года.

Акции МДМ-банка практически в равных долях распределены между ООО “Торрес”, ООО “Техносфера”, ООО “Корнер”, ООО “Наш участник”, ООО “Первый комбинат”. Примечательно, что все эти фирмы зарегистрированы в Элисте.

Наблюдательный совет МДМ-банка возглавляет Александр Мамут. Председатель правления – Андрей Мельниченко, который является одним из основателей банка. Это обстоятельство, кстати, давало возможность Мельниченко и его партнеру Андрею Дымову руководить банком самостоятельно, используя наблюдательный совет скорее как лоббирующий орган, нежели осуществляющий стратегическое руководство. Не случайно в наблюдательном совете МДМ-банка работали один из пресс-секретарей Бориса Ельцина Вячеслав Костиков, основатель Московской товарной биржи Юрий Милюков. На сей раз лоббирующие функции распределены между Александром Мамутом, Олегом Дерипаской (президент группы “Сибирский алюминий”) и бывшим центробанковцем Михаилом Помазковым. Дымов и Мельниченко также входят в наблюдательный совет.

Агрессивная рекламная политика позволила МДМ-банку набрать значительное количество корпоративной клиентуры, оставшейся бесхозной после августовского кризиса 1998 года. При этом МДМ всячески пытался избавиться от укоренившегося за предыдущие годы имиджа банка, специализирующегося главным образом на финансовых спекуляциях. (В ноябре 98-го он даже продал сеть питерских обменников дочернему Русьрегионбанку.) Устойчивость по отношению к августовским потрясением руководители МДМ объясняли тем, что он не вкладывал свободные ресурсы в ГКО, а держал их в первоклассных западных банках. Видимо, тогда Bank of New-York входил в их число. Сейчас же основным долларовым корреспондентом МДМ является American Express Bank.

Клиентские предпочтения МДМ достаточно широки, поскольку нынешние лоббистские возможности позволяют банку добиваться взаимности практически у любого мало-мальски рентабельного предприятия. Как государственного, так и частного. МДМ обслуживает счета Люберецкой, Домодедовской и Энергетической таможен. Проводит некоторые экспортные операции предприятий Минатома, “Росвооружения”. Обслуживает до 20% российско-индийского долга. С МДМ работают “Сибирский алюминий”, “БрАЗ”, Качканарский ГОК, Кузбассразрезуголь, “Итера”, “ЛУКойл”.

Кстати, в том, что касается “ЛУКойла”, МДМ-банк вторгается в сферу интересов Собинбанка. И это не единственный пример их жесткой конкуренции. МДМ постепенно перетягивает к себе “Седьмой континент”. Недавно он совместно с этой розничной сетью начал реализацию не имеющего аналогов в России “ко-брэндового” проекта “Седьмой континент-МДМ-банк-Visa”.

В ноябре 1999 года международное рейтинговое агентство Fitch IBCA повысило долгосрочный кредитный рейтинг МДМ-банка с CCC- до CCC.

По данным на 1.12.99, собственный капитал банка составлял 4,376 млрд руб. Сальдированные активы – 19,8 млрд руб. Бюджетные средства – 105 млн руб.

Собинбанк

(полное название – банк Содействия общественным инициативам) был создан в 1990 году в форме паевого. В 1998 году преобразован в акционерный.

В результате двух проведенных тогда эмиссий основными акционерами Собинбанка стали ОАО “Манежная площадь” (20%), РКК “Энергия” (20%), НК “ЛУКойл” (16,99%), Национальный резервный банк (8,96%), “Империал” (8%), “СБС-Агро” (8%). Кроме того, есть основания полагать, что акции “Собина” имеет и компания “Север”, возглавляемая одним из учредителей банка “Диамант” Ахмедом Билаловым. Правда, сейчас Собинбанк проводит очередную эмиссию, в результате которой доля основных акционеров сокращается как минимум вдвое.

Примечательно, что, несмотря на неоднократную смену владельцев Собинбанка, его совет директоров неизменно возглавляет профессор МГТУ им. Баумана Юрий Павлов. Что косвенно подтверждает версию о том, что “Собин” создан “бауманцами”. Кстати, нынешний председатель правления Собинбанка Александр Занадворов также учился в МГТУ.

Помимо г-на Павлова в совет директоров входят также Юрий Семенов (президент РКК “Энергия”), Юрий Певзнер (гендиректор ОАО “Манежная площадь”), Александр Матыцын (вице-президент НК “ЛУКойл”), Вячеслав Штыров (президент АЛРОСА), Ахмед Билалов ( председатель совета директоров ЗАО “Компания “Север”).

Близость со столь влиятельными фигурами позволила Собинбанку обзавестись клиентурой из таких отраслей, как ракетно-космическая (РКК “Энергия”, КБ “Химмаш”, КБ транспортного машиностроения, Главкосмос, предприятия ГКНЦ им. Хруничева, Российское космическое агентство), нефтянка (“ЛУКойл” и “Сибнефть”), алмазодобывающая (АЛРОСА), недвижимость (“Манежная площадь”), торговля (ТРК “Охотный ряд”, “Седьмой континент”).

Кроме того, банк активно работает с госучреждениями – как федеральными, так и муниципальными. Официально обслуживает счета Западно-Сибирской, Калининградской и Внуковской таможен. Кроме того, по некоторым сведениям, летом 1999 года ему были переданы счета Центральной акцизной таможни.

Собинбанк финансирует Управление внебюджетного планирования развития Москвы. И, в частности, совместно с этим ведомством реализует ипотечную программу.

Кстати, это не единственный “розничный” проект Собинбанка. В последнее время он довольно активно развивает “карточное” направление. За счет “пластика” наращивают клиентскую базу 15 его филиалов. Помимо этого “Собин” наряду с Автобанком выполняет расчеты по операциям с продуктами Europay, осуществляемым в сети процессинговой компании United Card Service. (UCS обслуживает крупнейшую в России “карточную” сеть.) На базе Eurocard/MasterCard реализует “ко-брэндный” проект совместно с аффилированной дисконтной компанией “Сити-Элит”, базирующейся на ТРК “Охотный ряд”. Пока единственный в России выпускает анонимные и не привязанные к банковскому счету карточки Visa Travel Money.

В сферу интересов Собинбанка входит компания “Интерлот” – оператор денежно-жилищной лотереи “Золотой ключ”.

Журнал The Banker по итогам 1998 года отвел Собинбанку 807-е место в мировом рейтинге по размеру собственного капитала. Таким образом, “Собин” оказался в пятерке российских банков, рейтингованных The Banker. По состоянию на 1.12.99 собственный капитал банка составлял 4,163 млрд руб. Сальдированные активы – 13,1 млрд руб. Бюджетные средства – 344 млн руб

В качестве основного долларового корсчета Собинбанк сейчас указывает счет в Chase Manhattan Bank. По некоторым данным, счет Собинбанка в Bank of New York был закрыт в сентябре 1999 года.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: