На вкус и цвет

Newsweek похож на леденцы с уксусом. Запах персика круглый. Буква «У» золотистая. Таков мир синестезии. Сейчас ученые пытаются понять его законы

Как-то раз я поспорил с одной девушкой о цвете буквы «Р». Она считала, что «Р» – зеленая, а я утверждал, что черная. Друзья никак не могли понять, почему у буквы должен быть какой-то определенный цвет. Напишешь синим – будет синяя, напишешь желтым – будет желтая. Но я, представив букву «Р», сразу видел, что она черная, тогда как буква «А», например, красная. С тех пор прошло больше десяти лет. Моя жена по-прежнему считает, что «Р» зеленого цвета, а я перестал видеть цвета букв. Эту способность вызывает особый феномен восприятия – синестезия. Она нередко исчезает с возрастом.
При синестезии частично стираются границы между зрением, слухом, обонянием и другими типами восприятия. Синестеты видят цвета букв, чувствуют вкус слов, слышат звуки запахов – видов синестезии множество. Изучать ее начали еще в XIX веке, но потом интерес умер и начал возрождаться только в 1980-е. Тогда появились методики, которые позволили убедиться: синестезия – не выдумка, а реальность. Вскоре посвященных синестезии работ стало гораздо больше. А этой весной американские исследователи Ричард Цитовик и Дэвид Иглман сделали шаг к построению общей теории синестезии и опубликовали книгу «Среда имеет цвет индиго» (Wednesday is Indigo Blue). Синестезия – лишь крайняя форма каких-то свойств восприятия, которые есть у всех, говорит Цитовик. А значит, изучая ее, можно много узнать о человеческом восприятии.

ФОРМА ОРГАЗМА

Самый полный список различных типов синестезии составил Шон Дэй, президент Американского общества синестезии. Сейчас в его списке 61 тип: от самого известного «буква–цвет» до экзотических «боль–звук» и «осязание–запах». Синестезия, за редкими исключениями, работает только в одну сторону: буква «А» заставляет видеть красный цвет, но красный цвет не заставляет видеть «А». Несколько разных типов синестезии, однако, вполне могут сочетаться в одном человеке.
Список Дэя возглавляет тип «буква–цвет». Самый известный обладатель синестезии этого типа – Владимир Набоков. В романе «Другие берега» он подробно описывал цвет и оттенок каждой буквы и раздражение, которое у него вызывала в детстве азбука в кубиках: цвета кубиков были «не те». Кстати, буква «Р» у Набокова относилась к черно-бурой группе.
Следующие по популярности типы – «временной интервал–цвет» (под временным интервалом понимается день недели, месяц и т. д.) и «мелодичные звуки–цвет». Но синестезия может вызывать не только цветовые ощущения. Также распространен тип «персонификация букв». Например, синестет Меган Тимберлейк считает английскую букву «T» спокойным ответственным мужчиной, а «R» – активной женщиной «американского» типа.
Джеймс Уоннертон, президент Британского общества синестезии, страдает от другого типа синестезии: услышав слово, он чувствует его у себя во рту, ощущая вкус и консистенцию, а иногда даже температуру. «Newsweek на вкус довольно ужасен, – говорит Джеймс. – Леденцы с уксусом». Синестезия приносит ему больше мучений, чем удовольствия: мешает концентрироваться, заставляет избегать шумных клубов и оранжевых цветов в одежде. «Я встречался со многими неподходящими девушками только из-за того, что у них вкусное имя», – говорит синестет.
Стимулом для синестезии могут служить не только конкретные слова и предметы, но и физические ощущения, и эмоциональные переживания. Например, боль может заставить синестета и видеть цвет, и слышать звук, и ощущать вкус, и осязать форму. Оргазм тоже может вызывать подобные переживания. «Мои любимые оргазмы – коричневые плоские квадраты», – цитируют Цитовик и Иглман слова синестета Сьюзен Михан.
Авторы книги считают, что на самом деле данные Шона Дэя необъективны. Его список – результат опроса тысячи синестетов-добровольцев, а это не репрезентативная выборка. Тот же недостаток отмечается и во многих других количественных исследованиях синестезии. Самыми аккуратными считаются работы Джулии Симнер из Университета Эдинбурга. Она опросила несколько тысяч человек, выявила среди них синестетов и проанализировала их личные данные. По Симнер, самый популярный тип синестезии – это «дни недели–цвет». В целом такими способностями наделен примерно каждый 23-й человек на Земле, считает она.
Наверное, их всегда было так много. Но раньше ученым было труднее им поверить. «Никто не мог быть уверен, что самопровозглашенные синестеты все это не придумали», – говорит профессор Оксфордского университета Чарльз Спенс. По мнению Спенса, интерес к синестезии возродился по двум причинам. Первая – разработка надежных тестов. Вторая – новые методики сканирования мозга. МРТ и другие методы показали, что мозговая активность синестетов действительно имеет свои особенности.

КАКОЙ ТЫ СИНЕСТЕТ

Синестезия – это не воображение, не ассоциативное мышление и не хорошая память. Это феномен, которому нельзя научиться и от которого нельзя отказаться. Для проверки синестетов придумали специальную разновидность так называемого теста Струпа. Американский психолог Джон Струп в 1935 году заметил: если слово СИНИЙ написать красным цветом, то человек будет отвечать на вопрос «какого цвета это слово?» немного медленнее, чем обычно. У истинного синестета замедление реакции можно вызвать еще одним способом. Предположим, слово СТОЛ для него синее. Если написать слово СТОЛ красным, то у синестета возникнет тот же конфликт, что у обычного человека при виде красного слова СИНИЙ. Скорость ответа замедлится.
Майк Диксон из канадского Университета Ватерлоо применил разновидность теста Струпа к синестезии «число–цвет». Диксон предлагал своей подопытной К. несложные арифметические примеры, которые сопровождались цветовым стимулом. Если цвет стимула совпадал с «цветом» ответа в видении К., то она решала задачу чуть быстрее обычного человека. Если же не совпадал – чуть медленнее.
Еще одна возможность отличить синестета от несинестета – проверить, не путается ли он в показаниях. Синестетические ощущения, как правило, весьма последовательны: если буква «Р» зеленого цвета, то она не может вдруг стать фиолетовой. Если Джеймс Уоннертон ощущает, что имя «Александр» имеет вкус консервированных помидоров, то маловероятно, что на следующий день он сочтет его шоколадным. Синестету не нужно запоминать цвет каждой буквы: он просто видит их. Соответственно, реакция на один и тот же ряд стимулов у синестета будет примерно одинаковой и через день, и через неделю, а в некоторых случаях и через несколько лет.
Дэвид Иглман сделал попытку создать стандартный набор тестов для распространенных видов синестезии и разместил его в интернете. Каждый желающий может зарегистрироваться, пройти тест прямо на сайте и отправить свои результаты любому ученому. «Этими тестами сейчас пользуется более 50 исследователей по всему миру, – говорит Иглман. – Кстати, сейчас заканчиваем их перевод на русский».

У КАЖДОГО СВОЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Отделить синестета от несинестета – лишь вспомогательная задача. Основная – изучить мир синестетов, найти в нем закономерности, плюсы и минусы. Томас Палмери из Университета Вандербильта проверял, как быстро синестет У. О. находит белую двойку, спрятанную на черном поле среди белых пятерок. Обычному человеку нужно потратить время, чтобы узнать контур двойки. Для У. О., однако, двойка оранжевая, а пятерки зеленые. Может быть, он мгновенно увидит оранжевую цифру среди зеленых?
Оказалось, что нет. То есть сначала все-таки мозг видит контур, осознает, что это за цифра, а уж затем приписывает ей цвет. Тем не менее, в целом У. О. отвечал немного быстрее несинестетов. С увеличением поля и количества пятерок это становилось более заметно. Палмери предположил, что синестет быстрее отбрасывает неправильные варианты: ему помогает то, что они «неподходящего» цвета.
Отдельная задача – найти закономерности восприятия у разных синестетов. В 2007 году коллега Майка Диксона Дэниел Смайлек обнаружил: чем чаще встречается буква или цифра, тем в среднем ярче ее цвет у синестетов. Джулия Симнер нашла другую закономерность в том же виде синестезии. Согласно популярной (хотя и не общепринятой) теории, обозначения цвета появлялись в языке постепенно. Сначала возникало противопоставление белого и черного, потом добавился красный, потом зеленый или желтый, потом прочие. Симнер показала, что у синестетов наиболее популярные буквы обычно окрашены именно в «ранние» цвета по этой классификации.
Закономерности проявляются и в других типах синестезии. Некоторые распространяются и на несинестетов. В знаменитом эксперименте 1920-х носителям разных языков предлагались две абстрактные фигуры: одна – с плавными круглыми линиями, другая – с острыми углами и прямыми сторонами. Требовалось сказать, какая из них называется «буба», а какая «кики». 98% испытуемых отвечали одинаково. Читатель может сам догадаться, как именно.
Чарльз Спенс из Оксфорда сотрудничает с шеф-поваром ресторана The Fat Duck Хестоном Блюменталем, изучая взаимодействие вкуса с другими чувствами. В 2008 году Спенс уже получил шуточную Игнобелевскую премию за исследование влияния хруста чипсов на их вкус. Теперь он ставит с блюдами эксперименты в духе «буба–кики». Например, предлагает испытуемому два блюда и просит сказать, какое из них «малума», а какое – «такете». Оказывается, что сыр бри – типичное малума, а клюква – классическое такете.
«Синестезия – не просто курьез, – говорит Ричард Цитовик. – Это обостренная форма того же восприятия, которым наделены мы все». Даже плохой чревовещатель заставляет нас верить, что говорит не он, а кукла: рот ведь открывается у нее. 98% людей называют закругленную фигуру «буба», а угловатую – «кики». Многие исследователи полагают, что такая «всеобщая» синестезия сыграла существенную роль в развитии языка.

ГЕНЕТИКА ЧУДА

«Если бы я мог задать какому-нибудь всезнающему богу любой вопрос о синестезии – но только один! – я бы спросил: почему мы не все синестеты?» – говорит Ричард Цитовик (и он, и Иглман – не синестеты). Исследователи практически уверены, что существует генетическая предрасположенность к синестезии. Опросы показывают, что более чем у 40% синестетов есть близкий родственник синестет. Мой отец, как и я, считает, что буква «Р» – черная. А послесловие к книге Цитовика и Иглмана написал сын Набокова Дмитрий, тоже ярко выраженный синестет.
Сейчас лаборатория Иглмана ищет гены, ответственные за синестезию. Предварительные данные показывают, что эти гены могут располагаться в определенном участке на 16-й хромосоме (а не на X-хромосоме, как считалось ранее). «Я думаю, что их функции будут как-то связаны с поддержанием баланса между процессами возбуждения и торможения [в головном мозге]», – говорит Иглман.
Баланс возбуждения и торможения – двух мозговых процессов – важное понятие для синестезии. Есть две гипотезы, которые объясняют, какие именно особенности структуры мозга приводят к синестезии. Доминирующая теория предполагает, что у синестетов физически больше соединений между разными областями мозга. В младенчестве лишние синапсы есть у всех, но у большинства людей они быстро отмирают. «Последние данные [сканирования мозга] показывают, что у синестетов в мозгу действительно больше связей», – говорит Чарльз Спенс.
Вторая гипотеза гласит, что связей у синестетов столько же, но работают они по-другому. В нормальном мозге возбуждение, которое могло бы передаваться между отделами мозга, уравновешивается торможением. А у синестетов оно уравновешивается не до конца: имеет место так называемое растормаживание. Эта гипотеза лучше объясняет «приобретенную» синестезию (вызванную, например, приемом ЛСД). В начале 2009 года вышла работа израильского исследователя Роя Кадоша, который изучал синестезию, вызванную гипнотическим воздействием. Кадош поддерживает теорию растормаживания: вряд ли за время гипноза могли образоваться новые связи.
Сторонники обеих гипотез сходятся в том, что вопросов пока больше, чем ответов. Но исследования последних лет, кажется, уже позволяют задавать правильные вопросы – и это немало. А значит, пятен, темных, как буква «Р», в теории синестезии будет все меньше и меньше.

Скажи мне, кто твой сын

Скачать график

Классифицируй это

Скачать график

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: