Модерн токинг

Кремль предлагает интеллигенции сдать энергию на модернизацию

На проводах американской подруги гвоздем программы стала песня Hotel California, перепетая с учетом российской специфики. Оригинал подошел идеально: чего стоит хотя бы «we are all just prisoners here». Возник образ бесконечной, выводящей из себя московской пробки в холодном зимнем мраке, освещаемом проблесковыми маячками правительственных машин. Вспомнились милиционеры, мрачные продавщицы и фэйс-контроль в «элитных» клубах. Получилось депрессивно, особенно когда исполнительница выводила: «Welcome to gostinitsa Rossiya…».
Часа в четыре утра разговор зашел о «московском синдроме» – труднообъяснимом ощущении усталости, которое рано или поздно настигает всех, кто решает здесь поселиться. Винят в нем плохой воздух, транспортный коллапс, климат, необходимость все время с кем-то пить алкоголь в прокуренных помещениях и перманентный стресс, который блуждает по городу как смертельная инфекция, легко передаваясь от человека к человеку. «Здесь тяжело жить», – грустно сказала хозяйка, обитавшая в большой, расположенной в самом центре, квартире с евроремонтом и гигантской ванной-джакузи. И улетела в Руанду.
Песня снова заиграла у меня в голове, когда я читал программное интервью Владислава Суркова «Ведомостям». Надо «извлечь из общества позитивную созидательную энергию», заявил идеолог суверенной демократии. Хорошие слова, позитивные, но, боюсь, выдавливать эту энергию придется по капле, а немногих счастливых ее обладателей – разыскивать с милицией. Потому что плохо у россиян с позитивностью и созидательностью. Когда рушился Советский Союз, не было еды, но созидательная энергия была, что привело к некому культурному всплеску. Были спеты хорошие песни и сняты хорошие фильмы. Не золотой век, но как минимум алюминиевый – как в песне Цоя про огурцы.
Но потом сырьевая, антиинновационная экономика породила вторичную культуру, которая живет за счет многократного перемалывания западного и советского вторсырья. И такую же скудную, имитационную общественную мысль. А также страшный дефицит ролевых моделей – людей, на которых хочется равняться. Жить в этой обстановке творческому человеку тяжело, а вкупе с московским синдромом (и его специфическими вариациями в других городах) – просто невыносимо. Поэтому интеллигенты отправляются в эмиграцию: одни в реальную, другие во внутреннюю.
Последние научились с нынешней властью сосуществовать, но пересекаться стараются как можно реже. Живут как в гетто, прожигая жизнь в дюжине московских и питерских кафе-клубов или с головой уйдя в ЖЖ. Круг клозетных интеллигентов узок, от народа они далеки, и ни одного Сергея Брина – самого успешного на данный момент выходца из России в мире – среди них пока замечено не было.
Владислав Сурков теперь хочет выудить интеллигентов из их прокуренных кабаков и переместить в ультрасовременные поселения, где их творческая энергия забьет ключом. Не в «закрытые» города, а в комплексы с «максимально открытой, интернациональной и космополитичной социальной средой». Там разрешат известную степень «беспорядка», но только «творческого», обещает Сурков.
Думаю, творческие люди России заботу партии и правительства оценят. От футуристических квартир не откажутся. От возможности чуть-чуть потворить, пока у власти такое инновационное настроение, – тоже. Но, думаю, самой привлекательной для них окажется «космополитичная» составляющая проекта. Потому что совместная работа с иностранцами – это как форточка, через которую можно выпрыгнуть в заведомо более комфортную среду.
И никакие деньги и блага их не остановят. Не в них дело. Никакой город-сад не отгородит интеллигентного человека от страха, идущего с ним по жизни с молодых лет: что отправят в армию, что заберут в милицию и изобьют или подкинут наркотики, что несправедливо обвинят и посадят, просто кинут на деньги. Ситуация, когда лучше не подставляться и не высовываться, несовместима с творчеством. Настоящих буйных мало, вот и не будет вам модернизации.
А высовываться интеллигенту жизненно необходимо. Это естественный процесс познания. Нельзя от по-настоящему творческого человека ожидать, что он будет интересоваться нанотехнологиями, а на пытки в милиции ему будет плевать. В век Google чистым технарям нет места. Творческий беспорядок быстро перерастет в политический – это к гадалке не ходи. Придется подавлять ОМОНом, который бьет по лицу, а не по ученой степени.
А бить будут, потому что демократия, как сказал Сурков в том же интервью, – это удел богатых. Хотя экономики демократических Индии и Бразилии, где бедняков больше, чем в России, развиваются в разы быстрее российской. По-любому та демократия, которая, согласно Суркову, однажды снизойдет на Россию, будет суверенной, а не как у людей. Иными словами, перспективы у русского интеллигента не блестящие. А запас мессианства, заставляющего терпеть все трудности ради великой идеи, у него иссяк. Поэтому творческий кризис, который поразил Кремль на модернизационном взлете, вызывает у интеллигента не сочувствие, а злорадство. Нет идей? Ваши проблемы, ничем не можем помочь.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: