Миллер на весах Фемиды

«Газпром» и «Нафтогаз» вступили вновый раунд борьбы – в январе компании обменялись многомиллиардными штрафами. Они также ведут тяжбу в Стокгольмском арбитраже.

Объем их взаимных претензий – $60млрд. При этом ни у одной из сторон нет денег, чтобы расплатиться в случае поражения.

Через тернии к трубам

«Многолетние усилия «Газпрома» по обходу Украины нашли достойный ответ», – радостно говорил еще в конце 2015 г. директор по развитию бизнеса компании «Нафтогаз Украины» Юрий Витренко. Он отмечал, что Киев «радикально поднял» для российской корпорации ставку на транзит голубого топлива. 19 января 2016 г. Минэнерго Украины раскрыло план. Глава ведомства Владимир Демчишин сообщил, что стоимость прокачки газа вырастет почти в два раза – с $2,7 до $4,5 за транспортировку 1000 кубометров на 100 км. Новую методику ценообразования ввела Национальная комиссия по регулированию в сфере энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ). Ее основная задача – делать все дороже. Например, стоимость газа для населения подскочила на 285% с 1 апреля 2015 г. как раз по решению НКРЭКУ.

«Нафтогаз» также очень бы хотел включить в контракт условие ship-or-pay, заявил его руководитель Андрей Коболев. Это заставит «Газпром» платить, даже если объем транзита углеводородов упадет до нуля.

В довесок к новому тарифу «Газпром» получил штраф от Антимонопольного комитета Украины (АМКУ). Размер взыскания – 85 млрд гривен, или $3,47 млрд. Поводом для наложения санкций послужило то, что российская компания использовала монопольное положение на украинском рынке. «Газпром» занял пассивную позицию и не делал ничего, чтобы привести условия транзита кконкурентным, сетовали в АМКУ. По сути, корпорацию обвинили в том, что она не захотела создавать себе лишних проблем и платить больше.

Но первый шаг в очередном газовом конфликте сделала именно компания Алексея Миллера. 19 января «Газпром» призвал «Нафтогаз» к ответу, выставив счет на $2,55 млрд за невыбранное в III квартале 2015 г. по условию take-or-pay топливо. Ана претензии АМКУ в российской монополии ответили примерно следующее: «Мы не занимаемся бизнесом на вашей территории, так что вопросов у антимонопольных органов никаких быть не может». «Газпром» действительно не ведет финансово‑хозяйственную деятельность на Украине. Он лишь передает топливо на западных границах страны напрямую европейским потребителям. Если разбирательство состоится, то это будет одним из аргументов в пользу российской компании», – комментирует советник адвокатского бюро А2 Фарид Бабаев.

«Нафтогаз» посчитал требования «Газпрома» «нерыночными, неправомерными и недействительными». Кто прав, а кто виноват, разберется Стокгольмский арбитраж.

У Минэнерго Украины быстро сдали нервы. Отношения между «Газпромом» и «Нафтогазом» в пространстве транзитного рынка регулируются договором от 2009 г., признал 28 января Демчишин. В документе прописана цена транспортировки 1000 кубометров голубого топлива на 100 км в $2,7. В то же время чиновник подчеркнул, что Киев намерен добиться пересмотра контракта, не дожидаясь, пока его срок истечет. То есть до 2019 г.

Очевидно, что Украина стремится изменить условия транзита ради денег. Государству нужно больше зарабатывать. Поднять тариф – значит залатать дыру в бюджете‑2016. Его дефицит равен $2,8 млрд при разрешенном МВФ $3,3 млрд.

По данным «Укртрансгаза», в2015г. через территорию Украины на Запад прошло 67,1 млрд кубометров топлива. За транзитные услуги страна получила $1,9 млрд. Если бы «Газпром» согласился платить $4,5 вместо $2,7, казна получила бы $3,2млрд (+$1,3млрд, что покрывает почти половину бюджетного дефицита).

Для пересмотра контракта у Киева есть два пути: либо идти на контакт с Москвой, либо надеяться на Стокгольм.

Дележ под шведской короной

Соглашения, подписанные 19 января 2009 г. после переговоров двух премьеров (Владимира Путина и Юлии Тимошенко), при любых конфликтах отправляют стороны в Швецию – споры должен разрешать Стокгольмский арбитраж. Семь лет назад «Газпром» и «Нафтогаз» договорились по двум вопросам – о купле-продаже природного газа и о его транзите. Теперь обе компании не стесняются обращаться в шведский суд. На сегодня сумма их взаимных претензий достигла почти $60 млрд.

«Газпром» намерен получить $32,3млрд (с учетом последнего штрафа в $2,55 млрд). Для сравнения: стоимость активов «Нафтогаза» – $19млрд, $32,3 млрд – это стоимость невыбранного топлива и штрафы за несоблюдение принципа take-or-pay. Кстати, данный механизм не действовал в так называемых зимних газовых пакетах: в период холодов в 2014–2015гг. Украина импортировала газ по предоплате в нужных ей объемах. Тепличные условия не распространялись на III квартал прошлого года: c июля по сентябрь «Нафтогаз» был обязан закупить 10,49 млрд кубометров, но не взял даже 1000 кубометров. Чем и воспользовался «Газпром», когда накладывал на украинскую компанию штраф в $2,55 млрд.

«Нафтогаз», в свою очередь, планирует заработать в суде $25,7млрд. Украинская сторона считает, что к 31декабря 2014 г. она исполнила все обязательства перед РФ и даже переплатила за купленное топливо $14млрд. Главный аргумент «Нафтогаза» заключается в том, что $450 за 1000кубометров (цена, предусмотренная контрактом 2009 г.) – слишком дорого. Есть у корпорации и претензия по второму (транзитному) соглашению. Ее размер – $11,7 млрд. Суть примерно та же: контракт несправедливый, тариф маленький, Украина упускает деньги.

Никаких вердиктов по кейсу на $60 млрд арбитраж Стокгольма пока не выносил. И неудивительно – дело сложное, объемное, это одно из самых крупных разбирательств за всю историю. Из последних серьезных исков вспоминается разве что исковое заявление бывших акционеров ЮКОСа к России, которые требовали от государства $50 млрд. Еще одно крупное дело также было связано с ЮКОСом. «В2003–2004 гг. решениями Арбитражного суда Москвы c ОАО «НК «ЮКОС» по искам налоговых органов было взыскано почти 600млрд руб.», – рассказывает руководитель арбитражно-судебной практики юридической фирмы «ЮСТ» Александр Евдокимов. Компания потеряла $20 млрд (по курсу, актуальному в те годы) и обанкротилась. Стокгольмский арбитраж вряд ли будет так же проворен, как московский. Дело может затянуться.

«Наш арбитраж с «Газпромом» в Стокгольме – чрезвычайно изматывающий процесс. Куча встреч и бессонные ночи. Каждый раз – сотни страниц документов, которые надо изучить и обсудить с десятком юристов и экспертов», – делится на своей страничке в Facebook Юрий Витренко из «Нафтогаза» (запись от 29 января). Поего мнению, претензии «Газпрома» показывают, что РФ относится к Украине как метрополия к колонии. «Грабеж и оскорбления, в лучшем случае – с надуманными и лицемерными оправданиями», – так Витренко характеризует суть исков российской корпорации. Какие-либо оценки действиям «Нафтогаза» он, разумеется, не дает.

Впрочем, говорить публично о перспективах дела спорящие хозяйствующие субъекты не хотят. И «Газпром», и «Нафтогаз» проигнорировали запросы «Ко». Видимо, они сами не очень-то верят в какой-либо реальный исход с действительно крупными выплатами. И у них есть основания так думать.

Принуждение к миру

Юристы и эксперты, опрошенные «Ко», склоняются к тому, что разборки закончатся миром. Ни украинской, ни российской компании новая газовая война ни к чему. «Наиболее вероятный сценарий– урегулирование спора мировым соглашением», – считает партнер коллегии адвокатов «Юков и партнеры» Марк Каретин. И сам «Газпром» может быть заинтересован в подобном исходе. Юрист напоминает, что корпорация владеет активами в западных странах и на них не распространяется дипломатический иммунитет. К тому же европейская правовая доктрина лояльно смотрит на возможность изменения цен в контрактах, если одна из сторон докажет их несоответствие текущей ситуации на рынке, добавляет Марк Каретин.

«Претензии российской компании более обоснованны. Объемы импортируемого газа по принципу take-or-pay закреплены в действующем договоре. В транзитном контракте также указаны условия формирования тарифов. «Газпром» и «Нафтогаз» согласились с прописанными положениями, в том числе обязались нести ответственность за их нарушение», – подчеркивает Фарид Бабаев. Он отмечает, что Минэнерго Украины лишь выразило недовольство тарифами, а это не является основанием для применения юридических механизмов. «Претензии «Газпрома» касаются условий контракта. У него чуть больше шансов на победу. Но, скорее всего, придется искать компромисс. Вероятно, будет какое-то досудебное решение. Особо никто не выиграет», – полагает аналитик Райффайзенбанка по нефтегазовой отрасли Андрей Полищук.

С формальной точки зрения требования «Газпрома» действительно справедливы. Договор подписан, «Нафтогаз» в здравом уме и трезвой памяти согласился на его условия. Алексей Миллер, к примеру, в 2014г. заключил соглашение с китайской компанией CNPC об экспорте 1 трлн кубометров по газопроводу «Сила Сибири», который строит РФ. Общие траты на его прокладку составят $55 млрд, говорил глава Минэнерго Александр Новак. АКНР сидит и ждет, когда ей подадут дешевеющий газ. Ожидалось, что за 30лет российское предприятие заработает $400 млрд. Но стоимость голубого топлива в контракте привязана к цене нефти. С тех пор как Миллер и президент CNPC Чжоу Цзипин ударили по рукам, марка Brent подешевела со $109до $35, то есть в три раза. «Газпром» тем не менее не жалуется и не ходит по судам – для этого нет оснований. Украинское предприятие явно рассчитывает на поддержку Европы, стремящейся уменьшить влияние России на топливном рынке. Игнорировать позицию ЕС нельзя.

Да и выплатить друг другу полноценные компенсации будет крайне трудно. Чтобы удовлетворить требования России, Украине нужно как минимум два «Нафтогаза» – его активы в 1,7раза меньше, чем объем претензий «Газпрома». Если Стокгольм встанет на сторону Киева, Миллеру придется отрезать от компании кусок в 12%– это тоже больно ударит по ее благополучию.

«Все прекрасно понимают, что подоплека происходящего – политическая. Все эти суды, повышения тарифов и вербальные интервенции будут продолжаться с переменным успехом еще долго. В обозримой перспективе у «Газпрома» вряд ли получится найти обходные пути в Европу. Украине же придется смириться с тем, что у российской компании позиции заведомо сильнее, поскольку она владеет топливом», – комментирует адвокат Владимир Постанюк. «На мой взгляд, текущий обмен претензиями– пикировка в преддверии обсуждения нового контракта. Вероятность взыскания штрафов через суд в данном случае низка. Рассмотрение дела может затянуться, а договариваться нужно здесь и сейчас», – отмечает в свою очередь ведущий аналитик инвестиционной компании «Окей Брокер» Роман Ткачук.

Толчок на Север

К 2019 г. (как раз, когда заканчивается срок действия контрактов) «Газпром» намерен убрать Украину из своей экспортной схемы. Через ее территорию прокачивается примерно 70 млрд кубометров голубого топлива. Данный объем нужно заместить. Попытки сделать это окончились полным провалом – проекты «Южный поток» (63 млрд кубометров) и «Турецкий поток» (также 63 млрд кубометров) свернули. Перенаправить поставки в существующие магистрали невозможно. Мощность «Северного потока» – 55 млрд кубометров. «Голубой поток» упирается в Турцию и обслуживает только ее. По трубе Ямал– Европа можно прокачивать 33млрд кубометров. На сегодня Украина – незаменимое звено в цепи поставок газа в Европу. Киев пользуется данным преимуществом. В том числе и для того, чтобы продавить повышение транзитных тарифов и пересмотр договора от 2009 г.

Поведение украинской стороны подталкивает российскую корпорацию к активному поиску альтернативных экспортных маршрутов. «Заявления украинской стороны служат дополнительным аргументом для «Газпрома» при лоббировании «Северного потока‑2», – утверждает аналитик ГК «Финам» Анатолий Вакуленко. Проблема заключается в том, что эта магистраль– единственная реальная альтернатива украинскому транзиту. «Отношения с Турцией испорчены, «Южный поток» формально закрыт», – говорит эксперт.

«Северный поток‑2» – дублер уже существующей магистрали – сможет пропускать 55 млрд кубометров в год. Такого объема теоретически хватит, чтобы отвязаться от украинских труб. И построить его планируют к 2019 г. Но тут есть свои трудности. Германия заняла непреклонную позицию. Вице-канцлер Зигмар Габриэль заявил, что ФРГ согласится на строительство только после того, как странам Восточной Европы гарантируют поставки газа. Значит, от транзита через Украину полностью отказаться нельзя. Таким образом, Берлин одновременно встал на защиту Киева, Варшавы и Братиславы. Ранее они регулярно жаловались, что проект «Северный поток‑2» оставит их без денег. Словакия, к примеру, ежегодно зарабатывает на транзите газа 400 млн евро.

В Германии понимают, что «Северный поток‑2» нужен прежде всего «Газпрому». Интересы ФРГ были соблюдены при прокладке первого «Северного потока». Теперь страна может примерить на себя роль арбитра на европейском энергетическом рынке.

«Цены на газ в Европе снизились до $200 за 1000 кубометров. С учетом этого, дорогой транзит – существенный фактор для российской компании», – говорит Роман Ткачук и добавляет, что в ближайшие годы отказаться от транспортных услуг Украины не получится.

Удар в спину

«Газпром» ведет себя так, словно он всегда будет оставаться гегемоном на европейском энергорынке. «Нафтогаз» – будто газотранспортная система Украины будет использоваться Россией вечно. Пока компании спорят, Европа вовсю готовится к обретению энергонезависимости. Ей нужно как можно больше поставщиков, которые боролись бы друг с другом за покупателей. Потребители останутся в выигрыше – создание свободного рынка приведет к падению цен на углеводороды.

«У ЕС сейчас гораздо более крепкие позиции в переговорах с «Газпромом»: слабый спрос на топливо и широкие возможности для диверсификации импорта. Речь идет о трубопроводных и СПГ-проектах», – рассказывает старший аналитик нефтегазового сектора Arbat Capital Виталий Громадин. Среди возможных альтернативных источников голубого топлива – Иран, рассчитывающий на скорейшее начало поставок в Европу, и Израиль, обнаруживший месторождения у своих берегов и намеревающийся проложить трубу через Кипр в Грецию. Кроме того, в Хорватии ищут инвесторов для строительства СПГ-терминала. Виталий Громадин напоминает и об уже построенном терминале для хранения сжиженного газа в Польше (первая поставка из Катара прибыла 11 декабря 2015 г.).

По данным BP, Иран обладает крупнейшими на планете запасами газа – 34трлн кубометров. У России– 32,6трлн, у Катара – 24,5 трлн, уСаудовской Аравии – 8,2 трлн кубометров. В 2014г. страна произвела 172,6млрд кубометров, на внутренние потребности ушла большая часть горючего – 170,2млрд кубометров. Перед Ираном стоят две задачи: наращивание добычи и создание экспортной инфраструктуры. Причем у страны есть три параллельных газовых проекта.

Во‑первых, заключен договор о строительстве трубопровода по дну Персидского залива в Оман. Султанат владеет свободными мощностями по сжижению газа (до 2,5 млн т ежегодно), который можно продавать на Запад. Для начала Иран намерен прокачивать в Оман 10 млрд кубометров в год. Во‑вторых, возрождается терминал Iran LNG (проектная мощность – до 5,4 млн т сжиженного газа ежегодно), замороженный в 2012 г. после ужесточения западных санкций. В‑третьих, NIGEC ведет переговоры сразу с несколькими европейскими компаниями (например, с британской Golar LNG) о строительстве морских СПГ-терминалов.

Через несколько лет «Газпром» вряд ли будет сокрушаться по поводу того, что «Нафтогаз» нарушил принцип take-or-pay. На фоне глобальных сдвигов столкновение российской и украинской компаний останется местечковым конфликтом. Уже сейчас Алексею Миллеру нужно думать, как не сдать позиции в большой игре. Один из возможных вариантов – сближение с Киевом, согласование условий поставок и транзита, экономия средств на новых трубопроводах и закрепление статуса крупнейшего продавца голубого топлива в Восточной Европе (на Западную активно наступает Норвегия, свою долю желает получить и Иран). Но когда речь заходит о «Газпроме», бизнес чаще всего превращается в политику.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: