Марш обличенных

За несколько дней до «Марша несогласных» пассажиров петербургского метро из динамиков уговаривали не ходить на несанкционированную – читай, незаконную – акцию. Накануне с тем же призывом по местному ТВ выступила губернатор Валентина Матвиенко. Типичная ошибка. Прошлой весной во время президентских выборов в Белоруссии минчан точно так же призывали не собираться в центре города. С расчетом, что придут несколько сотен оппозиционеров, а в итоге из-за такой рекламы на Октябрьскую площадь Минска вышли не меньше 10 000 человек. Марш в Питере с его 5000 участников получился одной из самых массовых акций политического протеста последних лет.


Так называемой несистемной оппозиции, выступающей под лейблом «Другой России», трудно будет развить свой питерский успех. В Петербурге ей, можно сказать, повезло: планы строительства небоскреба «Газпром-сити», снятие «Яблока» с прошедших в это воскресенье выборов в заксобрание, общее напряжение перед выборами – все это задело чувство гордости многих петербуржцев, выступивших под лозунгом «Это наш город». Так говорят и организаторы марша, и питерские социологи. «Это в Москве только в Бутово протестуют. А у нас тут весь город, как ваше Бутово», – объясняет глава оргкомитета питерского марша депутат заксобрания города Сергей Гуляев. Но везение – тоже важная вещь в политике. «Другая Россия» воодушевлена победой, а в Кремле лишний раз убедились, что не зря все эти годы дули на холодную воду, боясь ошпариться: все-таки сводки с бунтующего Невского плохо вяжутся с официально декларируемыми стабильностью и общественным согласием в стране.


С лидерами марширующих разбирались жестко. Гуляева, выступавшего с импровизированной трибуны в окне здания городской думы, стащили вниз и ударили по позвоночнику. Из-за травмы, утверждает парламентарий, руки у него на следующий день не поднимались выше пояса, но заявление в прокуратуру он все же написал. Одного из лидеров «Другой России», Эдуарда Лимонова, задержали еще до манифестации, и от побоев его спасла, прикрыв собой, личная охрана. Перед маршем в администрации города было высказано пожелание провести в отношении лидеров акции показательное задержание, рассказывает источник в правоохранительных органах Петербурга. Раз приказали – надо исполнять: наблюдатели отмечают, что продемонстрированная жесткость вообще-то питерским властям не свойственна. Губернатор и телевидение всё списали потом на экстремистов и провокаторов.


Но помятые организаторы считают всё это своей победой. Просто потому, что силовое воздействие так и не применили к основной массе демонстрантов. По словам источника в питерской милиции, план состоял в том, чтобы не пускать людей за канал Грибоедова и разогнать митинг, нейтрализовав лидеров. В итоге все остались при своих.


Типичная телекартинка с марша: молодой человек в шапочке с изображением марихуаны, на шее у него ребенок 5–6 лет, у того на руке повязка с серпом и молотом. На самом деле участники марша вспомнили уже подзабытую атмосферу многотысячных акций начала 90-х. «Люди получили свой кайф и непременно захотят это испытать снова», – считает активистка антивоенного движения «Стоп призыв» Елена Иванова.


Вся площадь Восстания возле Московского вокзала была так запружена людьми, что милиции ничего не оставалось, как начать потихоньку пропускать их на Невский проспект. «Там такая архитектура, что рассеивать людей просто некуда. Было указание от начальства не прессовать демонстрантов», – рассказывает Newsweek собеседник в милиции. Действительно, национал-большевики с легкостью преодолели двойной заслон на Невском. «Даже ни разу дубинкой не ударили», – удивляется нацбол Николай Новохатский. В день марша он все утро бегал по строительным магазинам, искал подходящие пластиковые трубы, чтобы крепить к ним знамена. Купил, спрятал во дворе на подходе к площади Восстания – чтобы не отняли: «Думал, будет человек 500, из них половина наших, из Москвы. А там такое!»


На декабрьском митинге в Москве оппозиционерам можно было смело засчитывать поражение. Тогда к памятнику Маяковскому пришли 1500–2000 человек, а милиционеров – около 8000. Это почти в три раза больше, чем в Питере, и многие были с собаками, а улицы перекрыли «КамАЗами» с песком. Теперь счет 1:1, и оппозиция готовит новые акции – в Нижнем Новгороде и в Москве. Сначала – в Нижнем: уже изготовлены стикеры, оппозиционеры планируют отпечатать стотысячным тиражом агитационную газету, а в минувшую пятницу местные правозащитники уже подали заявку на марш по центральной Покровской улице. «Будет стыдно, если выйдут меньше полутора тысяч нижегородцев», – говорит Илья Шамазов из нижегородского НБП.


Серия маршей должна помочь «Другой России» в главном – в раскрутке кандидата в президенты от оппозиции. Пока о своем желании участвовать в президентских выборах заявил лишь бывший премьер Михаил Касьянов. Но, возможно, у него появятся внутренние конкуренты, с которыми ему придется бороться на своеобразных праймериз. Вероятно, сначала будет определена тройка претендентов, а потом – единственный кандидат, поясняет активист участвующего в «Другой России» Объединенного гражданского фронта (ОГФ) Марина Литвинович. Окончательно утрясти сценарий президентской кампании «Другой России» предстоит на апрельской конференции. Можно не сомневаться, что в Кремле за этим процессом будут следить внимательно: там по-прежнему всерьез считают, что Михаил Касьянов представляет угрозу, утверждает близкий к Кремлю источник.


Но до выборов еще жить и жить. Кандидат, выдвинутый «Другой Россией», должен иметь поддержку в регионах, а не внутри московского Садового кольца, подчеркивает лидер ОГФ Гарри Каспаров.


Но сегодня оппозиционеров в первую очередь интересует именно Москва. Подтверди «Другая Россия» на московском марше 14 апреля, что успех в Питере был неслучайным, – и ее действительно начнут принимать всерьез. Подготовка к московскому маршу идет очень серьезная – стикеров, газет, агитаторов будет гораздо больше, чем в декабре, говорит Петр Милосердов из оргкомитета московского марша. И людей, он уверен, тоже придет больше. «Москва, конечно, благополучнее Петербурга, – говорит Литвинович, – но будем стараться привлекать людей. Если наберется критическая масса от 7000 человек, то они уже могут диктовать условия властям».


Источник в московской милиции ожидает, что митингующих будет не более 5000, и им для демонстрации отведут одну из уже «отработанных» площадей. Хотя организаторы настаивают на шествии и ссылаются на закон, не позволяющий городским властям принижать статус шествия до митинга. В милиции уверяют, что на жесткое пресечение и кровопролитие не настроены. В ФСБ и МВД, по заверениям собеседников из обоих ведомств, тоже особо не нервничают. Там ссылаются на аналитиков, которые не видят никаких предпосылок для серьезных политических потрясений. Московскому управлению ФСБ отведена роль форпоста в этой профилактической работе. «Впервые в истории российских спецслужб в региональном управлении создана отдельная служба по защите основ конституционного строя и борьбе с политическим экстремизмом, насчитывающая не меньше 70 оперативников, которой руководит полковник Алексей Ежов», – утверждает Андрей Солдатов из Agentura.Ru.


Собрать 7000 демонстрантов в Москве – почти утопия. И даже не потому, что столичные милиция и спецслужбы выступят эффективней питерских, а потому, что непонятно, против чего будут готовы выступить москвичи. Абстрактные демократические лозунги слишком давно не в моде, и в Питере движущей силой марша стал питерский патриотизм, поясняет социолог Роман Могилевский. Мол, тут обижают конкретно нас – питерцев. А чем обидели москвичей?


«Это скорее вариант белорусского [лидера оппозиции Александра] Милинкевича, нежели украинского Ющенко, – отмечает Борис Макаренко из Центра политтехнологий. – Пока появилась лишь сила, способная вывести людей на улицу, где милиция расквасит им носы». А остальные москвичи и гости столицы разъедутся по дачам, паркам и торговым центрам в погожий весенний день.


Интервью


ГАРРИ КАСПАРОВ:


«Выступление против режима в целом»


Один из организаторов марша в Петербурге, лидер Объединенного гражданского форума Гарри Каспаров, ответил на вопросы обозревателя Newsweek Михаила Фишмана


Насколько неожиданным для вас оказался масштаб акции в Питере?


Честно скажу: на такой массовый протест мы, конечно, и близко не рассчитывали. Мы считали, что 2000–2500 будут большим успехом. Видно было, что событие легло на какую-то подготовленную почву. То есть местные проблемы наложили свой отпечаток, но в целом речь все равно шла о недовольстве существующей жизнью. Это было первое выступление против режима, а не против какой-то конкретной проблемы, будь то монетизация, экология или что-то еще.


Что дальше?


В таких случаях полезно остановиться и немножко подумать. Этим мы и занимаемся. Будет мероприятие в Нижнем Новгороде 24 марта. Безусловно, будет еще одна акция в Питере в течение месяца. Но главная акция – 14 апреля марш в Москве.


Логично предположить, что в Кремле и на местах сделают выводы. Вы намерены двигаться легальным порядком?


Они делают выводы, мы делаем выводы. Мы отстаиваем фундаментальное право граждан на высказывание своего недовольства. При подаче документов на марш власть обязана вступить с нами в переговоры и договориться о маршруте.


Мы не готовы сегодня проводить акции одновременно в нескольких городах, но, судя по откликам на Питер, это вопрос нескольких месяцев. У людей произошел перелом в сознании. Они поверили, что всё не так однозначно. Параллельно будем вырабатывать процедуру выдвижения единого кандидата [в президенты].


Вы идете на выборы президента? А в Думу?


Парламентские выборы мы считаем бессмысленными: там не решается вопрос о власти. С моей точки зрения (и она пользуется поддержкой), первое, что должен сделать избранный в 2008 году президент, – распустить Думу и провести полноценные выборы в стране.


Вашего кандидата зарегистрируют?


Если он представляет мощную коалицию и опирается на программу гражданского согласия, то это не имеет значения. Мы будем требовать регистрации, и на улицы выйдут уже не 5000 человек, если мы правильно оцениваем ситуацию. Скорее всего в России кризисная ситуация может возникнуть уже в процессе регистрации.


На кого будет опираться этот президент? У вас же люди разных взглядов.


По многим вещам есть согласие. Новый президент проведет политическую реформу: ограничит президентские полномочия, сделает полноценный парламент и вернет в регионы деньги и власть. По социально-экономическим вопросам такого единства не будет. Но когда 85% населения страны не ощущают на себе благ нефтедолларов, новая команда должна рассмотреть вопрос чудовищного социального расслоения.


То есть «Другая Россия» левеет вместе со всеми?


«Другая Россия» отражает баланс сил, которые ее представляют. Сегодня мы левеем по одной простой причине: руководство «Яблока» и СПС сознательно саботируют этот процесс. КПРФ – тоже, но кроме них есть другие левые организации, и они участвуют. Баланс смещается влево.


Готовы ли вы вести диалог с ультраправыми силами? Часть их лозунгов пересекаются с вашими – свобода выборов, печати и проч.


Нет, конечно. Есть вопросы, по которым компромисс невозможен. Какие-то националистические силы могут примкнуть, но не ультра, о которых вы говорите.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
webnewsite.ru / автор статьи
Загрузка ...

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: