Возница, охранники и пассажиры дилижансов на Старом Западе были вынуждены противостоять всем опасностям и трудностям, которые осаждали каждого второго первопоселенца и путешественника, — мародерствующие индейцы, ледяная зима и палящее лето, голодание или, по крайней мере, плохая и недостаточная пища, каждый известный вид неудобства, а кроме этого еще и грабитель дилижансов, или, как его вежливо именовали, «дорожный агент».

Он продолжал оставаться угрозой еще в течение долгого времени после того, как Запад был заселен, а индейцы, в массе своей, взяты под контроль. Поскольку количество процветающих лагерей золотоискателей и городов росло, перевозки многоместными почтовыми каретам и становились все быстрее и все чаще, а бандиты — наглее и настырнее.

Грабители первых дилижансов не могли рассчитывать на что-то внушительное в смысле добычи, кроме почты да ценностей, которые имели при себе пассажиры; нельзя сказать, что эти ценности не заслуживали внимания, потому что всякий, кто пускался в долгое и дорогое путешествие через континент, должен быть с деньгами. Но начиная с 1850-х гг., когда в каждом дилижансе перевозилось золотого песка на несколько сотен тысяч долларов плюс почта, ставки стали высокими. С ранних маршрутов, которые начали действовать в 1849 г., до того времени, когда было закончено строительство Тихоокеанской железной дороги, грабители усердно занимались своей выгодной профессией и захватили золота на несколько миллионов долларов.

Станции на первых трассах могли отстоять друг от друга только на двенадцать миль, но это были лишь «сменные станции» для замены одной пары лошадей из шестерки в дилижансе. Обустроенные и укрепленные станции могли находиться во многих милях друг от друга в дикой, неосвоенной местности, так что грабители дилижансов имели массу возможностей устроить засаду на какой-нибудь дилижанс. «Дорожные агенты» могли промышлять и в одиночку; но чаще нападали бандами из четырех человек — один оставался на стреме, один потрошил сейф с ценностями, один грабил пассажиров, а еще один распоряжался; в некоторых случаях бандиты являлись частью огромной, хорошо организованной банды, которая нанимала шпионов в составе транспортной компании, вроде возниц или станционных смотрителей, которые посылали заранее весть своим сообщникам о том, когда ожидается прохождение богатого груза.

Транспортные компании использовали различные средства для того, чтобы помешать грабителям, помещая позади кучеров вооруженных охранников, создавая специальные бронированные дилижансы для перевозки ценностей, из которых кучера и охранники могли отбиться от большой банды нападающих, и, наконец, используя разведчиков для изучения обстановки впереди транспорта и очистки пути. Когда, как это было на золоторудных месторождениях Монтаны в апогее бума, власти находятся в сговоре с бандитами, ни какая из этих стратегий не давала результатов. Фактически, подавляющую часть периода времени, когда дилижансы совершали свои поездки через горы и малонаселенную местность, кучер мог уверенно ожидать нападения в каком-либо месте вдоль маршрута.

Кучер и охранник были обычно вооружены двуствольным укороченным дробовиком вроде того, которым пользовались владельцы гостиниц, бармены и шерифы, имеющие дело с толпой, и наподобие того, что все еще знакомо тюремной охране и полиции как riot gun (ружье для подавления мятежей).

Метод работы дорожного агента состоял в том, чтобы устроить засаду на дилижанс на крутой или извилистой горной дороге и внезапно выскочить на близком расстоянии от него. Кучеру или охраннику нужно было такое оружие, которое бы одним выстрелом вывело из строя как можно больше грабителей.

Кучера дилижансов, как и многие другие герои Старого Запада, были особой породой людей. Они и должны были быть таковыми. Во-первых, это опытные возницы, способные управлять шестью лошадьми на горной дороге при любой погоде, преодолевать реки и зыбучие пески и при этом стараться соблюдать расписание движения. Им также надо было обладать мужеством и сообразительностью, чтобы справиться с «дорожным агентом», который внезапно появляется с шестизарядником или дробовиком. В противоположность популярному мнению, что «дорожный агент» не всегда был джентльменом, которому можно было верить, что он оставит кучера или пассажиров в живых после того, как те беспрекословно передадут ему свои ценности; добрая толика их представляла самый жестокий тип головореза Запада, для которого человеческая жизнь ничего не значила.

В июле 1877 г. было совершено нападение на дилижанс из Виргиния-Сити, Монтана, везший семь пассажиров и большое количество золота. Пассажиры, все крепкие и вооруженные горняки, имели при себе двуствольные дробовики и сидели наготове у окон. Охранник подал знак тревоги, что нападают «дорожные агенты», и горняки дали залп. От ответного огня из засады грабителей четверо горняков были убиты, двое тяжело ранены, и только одному удалось убежать. В этом случае было установлено, что так называемый охранник был в сговоре с бандитами и завел дилижанс в засаду. Убийство пассажиров было хорошо спланировано и произошло по наводке.

Компания «Уэллс-Фарго» предпринимала тщательно продуманные меры охраны пассажиров и ценностей, поддерживая систему разведчиков и предлагая крупные вознаграждения за поимку бандитов, что воодушевляло отряды полиции и местные власти на усердную охоту за дорожными агентами.

Когда в мае 1866 г. дилижанс «Уэллс-Фарго» был ограблен тремя личностями, а ценности украдены возле Невада-Сити (Калифорния), Стив Венард, бывший городской маршал, отправился самостоятельно на захват грабителей, напал на их след на месте преступления. Будучи вооружен магазинной винтовкой Генри, он загнал их в холмы. Заметив сразу двух бандитов, нацеливших на него свои револьверы, Венард произвел из своей винтовки два быстрых выстрела, убив их обоих. Потом он стал преследовать третьего бандита вниз по оврагу, промахнувшись своим следующим выстрелом. Он попал в бандита четвертой пулей, но ему показалось, что он, должно быть, спит, раз четырьмя пулями убил троих. Он забрал ценности и возвратил их органам законной власти. Компания «Уэллс-Фарго» выплатила ему вознаграждение в размере 3 тысяч долларов, подарила новую винтовку Генри и наградила почетным значком в ознаменование этого подвига. Менее кровавыми методами зарабатывал ещё один персонаж того времени. Не трудно догадаться, что речь идёт про обораз Тома Сойера в произведениях Марка Твена. Но жизнь того времени, к сожалению, была не столь мирной.

Не у всех грабителей дилижансов были сугубо мрачные нравы. Блэк Барт, орудовавший в Калифорнии в 1870-х гг., имел приятную манеру оставлять в ограбленном им дилижансе кусочек стихов собственного сочинения. Один отрывок, найденный в 1877 г. после ограбления, гласит:

Здесь я спать ложусь,

Чтоб дождаться завтрашнего дня.

Может, удача, может, поражение

И вечное сожаление.

Я усердно трудился ради хлеба,

Чести и богатств,

Но вы слишком долго наступали мне на пятки,

Вы, тонковолосые сукины сыны.

Пусть будет что будет, но я не отступлю.

Хуже мне не будет,

И если в этом сейфе есть деньги,

Эти деньги — в моем кошельке.

Блэк Барт

Похоже, эти стихи составляют цельное посмертное литературное произведение этого лауреата дилижансных трасс, но ограбления все продолжались и продолжались. Кучера по-прежнему сообщали о том, что были остановлены одиноким бандитом в маске и с дробовиком, который внезапно появился и заявил: «Выбрось сейф!» Это всегда происходило на крутых склонах гор, где лошадям приходилось идти пешком. В общей сложности Блэк Барт до того, как был пойман, совершил двадцать восемь ограблений.
Наверняка и у нас есть любители грамматики русского языка, которые, подобно Блэку Барту, не прочь поживиться чужими деньгами.
Остановив дилижанс на дороге Сонора—Милтон в Калифорнии, Блэк Барт приказал кучеру распрячь лошадей и отвести их за соседний холм, чтобы он мог грабить сейф не спеша. За холмом кучер встретил какого-то мальчика с винтовкой, и они вернулись вдвоем и обстреляли бандита, который бежал от них. Но по пути он обронил свой носовой платок, а на том был штамп прачечной. Полиция выследила его в Сан-Франциско, где он оказался приятным джентльменом, жившим совсем рядом с полицейским участком и известным как Чарльз И. Болтон, что было его таким же ненастоящим именем, как и Блэк Барт. С ним обошлись не очень строго. Будучи судим лишь за последнее ограбление, он получил шесть лет в Сан-Квентине; но за хорошее поведение он вышел раньше. К этому времени он стал довольно подкупающей личностью, и, когда после освобождения его расспрашивали репортеры, он дружески побеседовал с ними. Затем он исчез, и о нем ничего больше не было слышно.

При своих ограблениях он носил с собой двуствольный дробовик. Должно быть, он выглядел внушительно, но о его механических характеристиках нам ничего не известно, потому что в двадцати восьми ограблениях он не произвел ни единого выстрела.

Даже после того, как магазинные винтовки были усовершенствованы до достаточной степени эффективности, дробовик-обрез был опорой и помощником охранника дилижанса. Самые ранние из использовавшихся моделей были старыми английскими экземплярами; позднее стали применяться и дробовики «винчестеры» с укороченными стволами. Официальные документы Винчестера не показывают, что завод изменял конструкцию какого-либо из своих дробовиков; но тот факт, что существуют многие винчестеры, которые явно были изменены скорее в заводских условиях, чем местными оружейниками, с помощью ножовок, указывает на то, что компания все-таки их переделывала по заказу.

LV
LV

Предком дробовика был мушкетон. На илл. LV, рис. 1 —английского производства кремневый мушкетон со штыком. У него круглый, длиной 14 дюймов латунный ствол со слегка колоколообразным дулом. Дульная резьба составляет 1,125 дюйма. Маркировка «Rea, London» с британскими инспекторскими клеймами. Ореховая ложа продолжается вплоть до дула. Все крепления латунные. Плоская замочная доска также маркирована «Rea». Ударник в форме гусиной шейки, железная полка с бортиком, а пружинный штык имеет лезвие длиной 11,5 дюйма, подвешенное на петле к верху ствола у дула с защелкой в верхней части жала.

На илл. LV— кремневый мушкетон с британскими контрольными клеймами, диаметр резьбы у дула 1,25 дюйма, а средний диаметр резьбы составляет 0,50 дюйма. Ствол длиной 12,75 дюйма. Общая длина 29 дюймов. Ореховая ложа на всю длину. Такая фурнитура, как обойма для шомпола, спусковая скоба и затыльник приклада, — из латуни. Есть ударник с двойной шейкой. Затвор маркирован «Bourn Chambers».

На илл. LV, рис. 3 — еще один британский кремневый мушкетон, диаметр дульной резьбы — 2 дюйма, длина ствола 30 дюймов, а замочная доска датирована 1815. Стоят обычные британские контрольные клейма.

Все эти британские кремневые мушкетоны использовались в Америке кучерами дилижансов, охранниками дилижансов, морскими капитанами, офицерами речных судов и другими лицами, желавшими быстро отбиться от толпы. В отличие от ранних картин, вроде «Пилигримы, идущие в церковь», дуло было не так расширено; то есть оно не расширялось так, как показано на ранних иллюстрациях.

Среди оружия, изображенного Гринером в его книге, присутствуют ружье Гринера с тройным клином-fast на илл. LV, рис. 4, ружье г-на Уолша бойкового воспламенения на рис. 5, ружье с верхним рычагом с затворами обратного действия на рис. 6, ружье с нижним и верхним клином на рис. 7, двуствольное ружье Гринера с одиночным курком на рис. 8 и винтовка Рука с верхним рычагом на рис. 9.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *